Буддизм тхеравады

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Буддизм тхеравады » Дискуссии о Дхамме » Правила поведения и образ жизни мирян, отшельников и монахов


Правила поведения и образ жизни мирян, отшельников и монахов

Сообщений 1 страница 3 из 3

1

Эта тема для обсуждения правил поведения и образа жизни мирян, отшельников, монахов, патимоккхи, Винаи.


Сначала, в бхиккхусангхе Будды не было Патимоккхи и вообще Винаи (регламентированных правил поведения и образа жизни). Возможно, были негласные, общие правила отшельнической жизни, принятые в среде саманов (аскетов, отшельников), которые возможно послужили основой для Патимоккхи. Такие правила есть в нескольких суттах, например в АН 4.198

Возможно это не так, и эти правила, просто перечисление основных моментов уже существовавшей патимоккхи. В любом случае, на мой взгляд, это некая основа, самые важные моменты и векторы для нравственного поведения людей, ведущих отшельническую жизнь. Вот эти правила:

Когда он отправился в бездомную жизнь, наделённый монашеской тренировкой и образом жизни, отбрасывая убийство, он воздерживается от уничтожения жизни. Он живёт без дубины, без оружия, добросовестный, милосердный, желающий блага всем живым существам.

Отбрасывая взятие того, что не дано, он воздерживается от взятия того, что [ему] не было дано. Он берёт только то, что дают, принимает только подаренное, живёт честно, без мыслей о воровстве.

Отбрасывая сексуальную жизнь, он ведёт жизнь целомудренную, сторонясь и воздерживаясь от половых сношений, которые привычны среди простых людей.

Отбрасывая лживую речь, он воздерживается от лживой речи. Он говорит истину, держится за истину, [в этом] он прочен, надёжен, не обманывает мир.

Отбрасывая речь, сеющую распри, он воздерживается от речи, сеющей распри. То, что он слышал здесь, он не рассказывает там, чтобы не посеять рознь между этими людьми и теми. То, что он слышал там, он не рассказывал здесь, чтобы не посеять рознь между тамошними людьми и здешними. Так он примиряет тех, кто поругался, и [ещё больше] укрепляет тех, кто дружен, любит согласие, радуется согласию, наслаждается согласием, говорит [такие] вещи, которые создают согласие.

Отбрасывая грубую речь, он воздерживается от грубой речи. Он говорит слова, которые мягкие, приятные уху, любящие, проникающие в сердце, вежливые, привлекательные и нравящиеся большинству людей.

Отбрасывая пустую болтовню, он воздерживается от пустой болтовни. Он говорит в нужный момент, говорит действительное, полезное, говорит о Дхамме, о Винае. В должный момент он говорит ценные слова, разумные, лаконичные, полезные.

Он воздерживается от нанесения вреда семенам и растениям.

Он ест только один раз в день, воздерживаясь от принятия пищи ночью и вне должного времени.

Он воздерживается от танцев, пения, музыки, и неуместных зрелищ.

Он воздерживается от украшения себя ношением гирлянд, применения мази и ароматов.

Он воздерживается от высоких и больших кроватей.

Он воздерживается от принятия золота и серебра, сырого зерна, сырого мяса, женщин и девушек, рабов и рабынь, овец и коз, птиц и свиней, слонов, коров, коней и кобыл, полей и земель.

Он воздерживается от взятия на себя обязанности посыльного; от покупки и продажи; от жульничества на весах, в монетах и мерах; от взяточничества, обмана и мошенничества.

Он воздерживается от нанесения увечий, убийств, заключения под стражу, разбоя, грабежа и насилия.

Он довольствуется комплектом [монашеских] одежд для покрытия тела и едой с подаяний для поддержания своего желудка. Куда бы он ни отправился, он берёт с собой только это. Подобно птице, которая куда бы ни отправилась, крылья – её единственный груз, точно также и монах довольствуется комплектом одежд для покрытия тела и едой с подаяний для поддержания своего желудка.

Наделённый этой совокупностью благородной нравственности, он внутренне ощущает удовольствие от безукоризненности.

2

Сутта, в которой нарушения дисциплины различных классов тяжести, сравниваются с проступками, признаниями и наказаниями в миру.

АН 4.244 Апаттибхая сутта: Опасности нарушений
[Перевод с пали: Bhikkhu Bodhi, перевод с английского: SV]

[Благословенный сказал]: «Монахи, есть эти четыре опасности нарушений [правил Винаи]. Какие четыре?

(1) Представьте, монахи, как если бы арестовали вора, преступника, и привели бы его к царю, сказав: «Ваше величество, это вор, преступник. Пусть ваше величество наложит на него наказание». Царь бы сказал: «Идите, почтенные, и прочно свяжите за спиной руки этого человека крепкой верёвкой, побрейте ему голову, ведите от улицы к улице, от площади к площади под барабанную дробь. Затем выведите его через южные ворота и отрубите ему голову к югу от города». Люди царя сделали бы так, как им приказано, и отрубили бы ему голову к югу от города. Стоящий в стороне человек подумал бы: «Воистину, этот человек, должно быть, совершил злодеяние, предосудительное, наказуемое обезглавливанием, если люди царя связали у него за спиной руки… отрубили голову к югу от города. В самом деле, мне никогда не следует совершать такого злодеяния, предосудительного, наказуемого обезглавливанием».

Точно также, когда монах или монахиня утвердили [в себе] острое восприятие опасности в отношении нарушений параджики, то можно ожидать того, что тот, кто прежде никогда не совершал нарушение параджики, не совершит этого, а тот, кто совершил такое нарушение, будет стараться исправить его в соответствии с Дхаммой [1].

(2) Представьте, монахи, как если бы человек завернулся в чёрную ткань, распустил свои волосы, водрузил бы на плечо дубину и сказал большой толпе людей: «Многоуважаемые, я совершил злодеяние, предосудительное, наказуемое побитием дубиной. Что мне сделать, чтобы вы были довольны мной?» Стоящий в стороне человек подумал бы: «Воистину, этот человек, должно быть, совершил злодеяние, предосудительное, наказуемое побитием дубиной, раз он завернулся в чёрную ткань, распустил свои волосы, водрузил на плечо дубину и сказал большой толпе людей: «Многоуважаемые, я совершил злодеяние, предосудительное, наказуемое побитием дубиной. Что мне сделать, чтобы вы были довольны мной?» В самом деле, мне никогда не следует совершать такого злодеяния, предосудительного, наказуемого побитием дубинами».

Точно также, когда монах или монахиня утвердили [в себе] острое восприятие опасности в отношении нарушений сангхадисесы, то можно ожидать того, что тот, кто прежде никогда не совершал нарушение сангхадисесы, не совершит этого, а тот, кто совершил такое нарушение, будет стараться исправить его в соответствии с Дхаммой [2].

(3) Представьте, монахи, как если бы человек завернулся в чёрную ткань, распустил свои волосы, водрузил бы на плечо мешок с золой и сказал большой толпе людей: «Многоуважаемые, я совершил злодеяние, предосудительное, наказуемое мешком с золой. Что мне сделать, чтобы вы были довольны мной?» Стоящий в стороне человек подумал бы: «Воистину, этот человек, должно быть, совершил злодеяние, предосудительное, наказуемое мешком с золой, раз он завернулся в чёрную ткань, распустил свои волосы, водрузил на плечо мешок с золой и сказал большой толпе людей: «Многоуважаемые, я совершил злодеяние, предосудительное, наказуемое мешком с золой. Что мне сделать, чтобы вы были довольны мной?» В самом деле, мне никогда не следует совершать такого злодеяния, предосудительного, наказуемого мешком с золой».

Точно также, когда монах или монахиня утвердили [в себе] острое восприятие опасности в отношении нарушений пачиттии, то можно ожидать того, что тот, кто прежде никогда не совершал нарушение пачиттии, не совершит этого, а тот, кто совершил такое нарушение, будет стараться исправить его в соответствии с Дхаммой [3].

(4) Представьте, монахи, как если бы человек завернулся в чёрную ткань, распустил свои волосы и сказал большой толпе людей: «Многоуважаемые, я совершил злодеяние, предосудительное, достойное порицания. Что мне сделать, чтобы вы были довольны мной?» Стоящий в стороне человек подумал бы: «Воистину, этот человек, должно быть, совершил злодеяние, предосудительное, достойное порицания, раз он завернулся в чёрную ткань, распустил свои волосы и сказал большой толпе людей: «Многоуважаемые, я совершил злодеяние, предосудительное, достойное порицания. Что мне сделать, чтобы вы были довольны мной?» В самом деле, мне никогда не следует совершать такого злодеяния, предосудительного, достойного порицания».

Точно также, когда монах или монахиня утвердили [в себе] острое восприятие опасности в отношении нарушений патидесании, то можно ожидать того, что тот, кто прежде никогда не совершал нарушение патидесании, не совершит этого, а тот, кто совершил такое нарушение, будет стараться исправить его в соответствии с Дхаммой [4].

Таковы, монахи, четыре опасности нарушений».
_________________________________________________________________________________________________

1. Четыре параджики – самые важные монашеские обеты. Их нарушение означает автоматическое исключение из монашества до конца жизни. Сюда входят: совершение полового акта, воровство (до той степени, что это наказывается законом), убийство человека, намеренное ложное заявление о достижении сверхчеловеческих состояний и способностей. Единственный способ исправить это нарушение в соответствии с Дхаммой – это сознаться в содеянном и уйти из монашества.

2. Сангхадисеса – второй по значимости класс монашеских правил. Сюда включено намеренное семяизвержение, прикосновение к женщине с похотливым умом, похотливый разговор с женщинами, ложное обвинение нравственного монаха в нарушении им параджики и так далее. Исправление нарушения данного класса проступков требует созыва Сангхи.

3. Пачиттия – это класс нарушений, которые можно исправить, если сознаться в этом проступке любому монаху.

4. Патидесания – небольшая группа правил, нарушение которых исправляется признанием.

3

Очень важные, на мой взгляд сутты, как в плане понимания монашеского образа жизни, не отраженного или слабо отраженного в правилах Винаи, но при этом весьма важного в монашеской практике, так и в плане понимания самих практик, предписанных монаху. В случае второй сутты, таких важнейших практик, как охрана дверей чувств, умеренность в еде и бодрствование, без которых ведение длительной монашеской жизни, просто невозможно. Эти вещи, особенно из второй сутты, повторяются и во многих других, что говорит об их крайней важности.

АН 5.90 Дутия секха сутта: Ученик (II)

[Перевод с пали: Bhikkhu Bodhi, перевод с английского: SV]

[Благословенный сказал]: «Монахи, эти пять вещей ведут к упадку монаха, который является учеником. Какие пять?

(1) Вот монах, являющийся учеником, имеет множество заданий и обязанностей, он сведущ в различных хозяйственных делах, которые следует выполнять, поэтому он пренебрегает затворничеством и не посвящает себя внутреннему успокоению ума. Такова первая вещь, которая ведёт к упадку монаха, который является учеником.

(2) Далее, монах, являющийся учеником, тратит день на некую пустяковую работу, поэтому он пренебрегает затворничеством и не посвящает себя внутреннему успокоению ума. Такова вторая вещь, которая ведёт к упадку монаха, который является учеником.

(3) Далее, монах, являющийся учеником, тесно общается с домохозяевами и монахами, беседуя с ними в ненадлежащей манере, свойственной мирянам, поэтому он пренебрегает затворничеством и не посвящает себя внутреннему успокоению ума. Такова третья вещь, которая ведёт к упадку монаха, который является учеником.

(4) Далее, монах, являющийся учеником, входит в деревню слишком рано и возвращается днём слишком поздно, поэтому он пренебрегает затворничеством и не посвящает себя внутреннему успокоению ума. Такова четвёртая вещь, которая ведёт к упадку монаха, который является учеником.

(5) Далее, монах, являющийся учеником, не может слушать без труда и сложностей беседу, связанную с аскетической жизнью, что ведёт к раскрытию сердца – то есть, беседы о малом количестве желаний, о довольствовании [тем, что есть], об уединении, об отсутствии связанности [с другими], о зарождении усердия, о нравственном поведении, о сосредоточении, о мудрости, об освобождении, о знании и видении освобождения. Поэтому он пренебрегает затворничеством и не посвящает себя внутреннему успокоению ума. Такова пятая вещь, которая ведёт к упадку монаха, который является учеником.

Эти пять вещей ведут к упадку монаха, который является учеником. Монахи, эти пять [иных] вещей ведут к не-упадку монаха, который является учеником. Какие пять?

Вот монах, являющийся учеником, не имеет множества заданий и обязанностей. Хотя он сведущ в различных хозяйственных делах, которые следует выполнять, он не пренебрегает затворничеством, но посвящает себя внутреннему успокоению ума. Такова первая вещь, которая ведёт к не-упадку монаха, который является учеником.

Далее, монах, являющийся учеником, не тратит день на некую пустяковую работу… Такова вторая вещь, которая ведёт к не-упадку…

Далее, монах, являющийся учеником, не общается тесно с домохозяевами и монахами, беседуя с ними в ненадлежащей манере, свойственной мирянам… Такова третья вещь, которая ведёт к не-упадку…

Далее, монах, являющийся учеником, не входит в деревню слишком рано и не возвращается днём слишком поздно… Такова четвёртая вещь, которая ведёт к не-упадку…

Далее, монах, являющийся учеником, может слушать без труда и сложностей беседу, связанную с аскетической жизнью… Такова пятая вещь, которая ведёт к не-упадку монаха, который является учеником.

Эти пять вещей ведут к не-упадку монаха, который является учеником».

Немаловажно, что учениками (sekha) в сангхе Будды называли всех, кто не достиг плода Араханта, независимо от их монашеского статуса в выслуге лет (васс).

СН 35.120 Сарипутта сутта: Сарипутта

[Перевод с пали: Bhikkhu Bodhi, перевод с английского: SV]

Однажды Достопочтенный Сарипутта пребывал в Саваттхи в роще Джеты в монастыре Анатхапиндики. И тогда один монах подошёл к Достопочтенному Сарипутте и обменялся с ним вежливыми приветствиями. После обмена вежливыми приветствиями и любезностями он сел рядом и сказал Достопочтенному Сарипутте:

«Друг Сарипутта, монах, который жил со мной по соседству, оставил [монашескую] тренировку и вернулся к низшей жизни [домохозяина]».

«Так оно, друг, бывает, когда кто-либо не охраняет двери органов чувств, неумерен в еде и не предаётся бодрствованию. Чтобы монах, который не охраняет двери органов чувств, неумерен в еде и не предаётся бодрствованию, поддерживал бы в течение всей своей жизни полную и чистую святую жизнь – не может быть такого. Но, друг, монах, который охраняет двери органов чувств, который умерен в еде и который предаётся бодрствованию, мог бы поддерживать в течение всей своей жизни полную и чистую святую жизнь – такое возможно.

И как, друг, кто-либо охраняет двери органов чувств? Вот, увидев глазом форму, монах не цепляется за темы или [их] вариации, за счёт которых – если бы он не контролировал свою способность видеть – плохие, неблагие качества, такие как влечение или недовольство, охватили бы его. Он практикует сдержанность. Он охраняет дверь глаза. Он берётся за практику сдержанности по отношению к своей способности видеть.

Воспринимая ухом звук…

Воспринимая носом запах …

Воспринимая языком вкус…

Воспринимая телом тактильное ощущение…

Воспринимая умом ментальный феномен, он не цепляется за темы или [их] вариации, за счёт которых – если бы он не контролировал свою способность думать – плохие, неблагие качества, такие как влечение или недовольство, охватили бы его. Он практикует сдержанность. Он охраняет дверь ума. Он берётся за практику сдержанности по отношению к своей способности думать. Вот так, друг, он охраняет двери органов чувств.

И как, друг, кто-либо умерен в еде? Вот монах, тщательно [это] обдумывая, принимает пищу не ради развлечения, не ради опьянения, не ради физической красоты и привлекательности, но только для того, чтобы выжить и поддержать это тело, для того, чтобы устранить дискомфорт, ради ведения святой жизни, думая так: «Я устраню возникшие чувства [голода] и не создам новых чувств [от переедания]. Так я поддержу своё здоровье, не вызову порицаний, буду жить в благополучии». Вот так ученик Благородных знает умеренность в еде.

И как, друг, кто-либо предаётся бодрствованию? Вот днём монах сидит, ходит вперёд и назад, очищая свой ум от тех состояний, что создают препятствия. Во время первой стражи ночи он сидит, ходит вперёд и назад, очищая свой ум от тех состояний, что создают препятствия. Во время срединной стражи ночи он ложится на правый бок в позе льва, положив одну ступню на другую, осознанный и бдительный, предварительно сделав в уме отметку, когда следует вставать. После подъёма, во время последней стражи ночи [1], он ходит вперёд и назад, очищая свой ум от тех состояний, что создают препятствия. Вот так, друг, кто-либо предаётся бодрствованию.

Поэтому, друг, ты должен тренировать себя так: «Мы будем охранять двери органов чувств, мы будем умеренны в еде, мы будем предаваться бодрствованию». Так, друг, ты должен тренировать себя».
___________________________________________________________________________________________

1. Первая стража ночи – с заката солнца до 10 вечера; вторая – с 10 вечера до 2 ночи; третья с 2 ночи до восхода солнца.


Вы здесь » Буддизм тхеравады » Дискуссии о Дхамме » Правила поведения и образ жизни мирян, отшельников и монахов