Буддизм тхеравады

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Буддизм тхеравады » Палийский Канон » Самые вдохновляющие сутты/отрывки из сутт.


Самые вдохновляющие сутты/отрывки из сутт.

Сообщений 21 страница 40 из 41

21

Прекрасная сутта, где Будда сначала говорит о восьми вещах, которые несут большую опасность, и которые необходимо отбросить в первую очередь. Затем приводит красочные метафоры об изъянах, неудовлетворительности и опасности чувственных удовольствий, показывая их истинную природу. А затем рассказывает о вершине Пути - трех высших знаниях (тевиджа).

МН 54 Поталия сутта: К Поталии

22

Монолитная сутта, раскрывающая принцип не-цепляния в различных приближениях.

Кхаджания сутта: Поражён. СН 22.79

23

http://www.theravada.ru/Teaching/Canon/ … tta-sv.htm


Дутия мигаджала сутта: Мигаджала (II)
СН 35.64

И тогда Достопочтенный Мигаджала подошёл к Благословенному, поклонился ему, сел рядом и сказал:

«Учитель, было бы хорошо, если бы Благословенный вкратце научил бы меня Дхамме так, чтобы я пребывал бы один, в уединении, будучи прилежным, старательным, решительным».

«Мигаджала, существуют формы, познаваемые глазом – милые, приятные, чарующие, привлекательные, воспаляющие желание, соблазнительные. Если монах ищет наслаждения в них, приветствует их, продолжает удерживать их, то возникает наслаждение. С возникновением наслаждения, Мигаджала, я говорю тебе, происходит возникновение страдания.

Мигаджала, существуют звуки…
Мигаджала, существуют запахи…
Мигаджала, существуют вкусы…
Мигаджала, существуют тактильные ощущения…

Мигаджала, существуют ментальные феномены, познаваемые умом – милые, приятные, чарующие, привлекательные, воспаляющие желание, соблазнительные. Если монах ищет наслаждения в них, приветствует их, продолжает удерживать их, то возникает наслаждение. С возникновением наслаждения, Мигаджала, я говорю тебе, происходит возникновение страдания.

Мигаджала, существуют формы… звуки… запахи… вкусы… тактильные ощущения… ментальные феномены, познаваемые умом – милые, приятные, чарующие, привлекательные, воспаляющие желание, соблазнительные. Если монах не ищет наслаждения в них, не приветствует их, не продолжает удерживать их, то наслаждение угасает. С угасанием наслаждения, Мигаджала, я говорю тебе, происходит угасание страдания.

И тогда Достопочтенный Мигаджала, восхитившись и возрадовавшись словам Благословенного, поднялся со своего сиденья и, поклонившись Благословенному, ушёл, обойдя его с правой стороны. И затем, пребывая в уединении прилежным, старательным, решительным, Достопочтенный Мигаджала, реализовав это для себя посредством прямого знания, здесь и сейчас вошёл и пребывал в высочайшей цели святой жизни, ради которой представители клана праведно оставляют жизнь домохозяина и ведут жизнь бездомную. Он напрямую познал: «Рождение уничтожено, святая жизнь прожита, сделано то, что следовало сделать, не будет более возвращения в какое-либо состояние существования». Так Достопочтенный Мигаджала стал одним из арахантов.

Отредактировано Sunken (2019-11-12 21:28:46)

24

АН 3.76 Патхама бхава сутта: Существование (I)

[Перевод с пали: bhikkhu Bodhi, перевод с английского: Сергей Тюлин (SV)]

И тогда Достопочтенный Ананда подошёл к Благословенному, поклонился ему, сел рядом, и сказал ему: «Учитель, «существование, существование» – так говорят. В каком смысле, Учитель, говорится о существовании?»

«Если бы, Ананда, не было бы каммы, созревающей в Мире Чувств, то разве можно было бы распознать существование в Мире Чувств?»

«Нет, Учитель».

«Поэтому, Ананда, у существ, скованных невежеством и опутанных жаждой, камма является полем, сознание – семенем, а жажда – влагой для того, чтобы сознание утвердилось в нижнем мире [из трёх миров]. Вот каким образом происходит продуцирование нового существования в будущем.

Если бы, Ананда, не было бы каммы, созревающей в Мире Форм, то разве можно было бы распознать существование в Мире Форм?»

«Нет, Учитель».

«Поэтому, Ананда, у существ, скованных невежеством и опутанных жаждой, камма является полем, сознание – семенем, а жажда – влагой для того, чтобы сознание утвердилось в среднем мире [из трёх миров]. Вот каким образом происходит продуцирование нового существования в будущем.

Если бы, Ананда, не было бы каммы, созревающей в Мире Без Форм, то разве можно было бы распознать существование в Мире Без Форм?»

«Нет, Учитель».

«Поэтому, Ананда, у существ, скованных невежеством и опутанных жаждой, камма является полем, сознание – семенем, а жажда – влагой для того, чтобы сознание утвердилось в высшем мире [из трёх миров]. Вот каким образом происходит продуцирование нового существования в будущем.

Вот каким образом, Ананда, имеет место существование».

25

Удана 4.1 Мегхия сутта: Высказывание о Мегхии

[Перевод с пали: Anandajoti bhikkhu, перевод с английского: Antaradhana]

Так я слышал. Однажды Благословенный пребывал вблизи Чалики на горе Чалика. В то время Достопочтенный Мегхия жил рядом с Благословенным, прислуживая ему. Утром Достопочтенный Мегхия подошел к Благословенному, поклонился и сказал: «Достопочтенный, я отправлюсь в Джантугаму за подаяниями».
 
«Сейчас подходящее время, Мегхия».

И тогда, взяв свою чашу и верхнее одеяние, он отправился в Джантугаму за подаянием. Собрав подаяние в Джантугаме, после трапезы, он отправился к реке Кимикала, и проходя по ее берегу, он увидел приятную и восхитительную манговую рощу. Увидев эту рощу, он подумал: «Какая приятная и восхитительная манговая роща. Сыну из хорошей семьи, устремленному [к Пробуждению], этого безусловно достаточно для старания. Если бы Благословенный позволил мне, я мог бы прийти в эту манговую рощу для старания».

Затем Достопочтенный Мегхия вернулся к Благословенному. Поклонившись и сев напротив, он сказал: «Достопочтенный, утром, взяв свою чашу и верхнее одеяние, я отправился в Джантугаму за подаянием. Собрав подаяние в Джантугаме, после трапезы, я отправился к реке Кимикала и идя по ее берегу, увидел приятную и восхитительную манговую рощу. Увидев эту рощу, я подумал: «Какая приятная и восхитительная манговая роща. Сыну из хорошей семьи, устремленному [к Пробуждению], этого безусловно достаточно для старания. Если бы Благословенный позволил мне, я мог бы прийти в эту манговую рощу для старания». Если бы Достопочтенный позволил мне, то я мог бы отправиться в эту манговую рощу для старания».

Когда так было сказано, Благословенный сказал Достопочтенному Мегхии: «Ты должен прислуживать мне, пока я нахожусь в одиночестве, Мегхия, до тех пор, пока не прибудет какой-нибудь другой монах».

Во второй раз Достопочтенный Мегхия сказал Благословенному: «Благословенному больше нечего осуществлять. К тому, что было сделано – нечего добавить. Но для меня, Достопочтенный, есть что осуществлять. Есть, что добавить к тому – что было сделано. Если бы Достопочтенный позволил мне, то я мог бы отправиться в эту манговую рощу для старания».

Во второй раз Благословенный сказал Достопочтенному Мегхии: «Ты должен прислуживать мне, пока я нахожусь в одиночестве, Мегхия, до тех пор, пока не прибудет какой-нибудь другой монах».

И в третий раз Достопочтенный Мегхия сказал Благословенному: «Благословенному больше нечего осуществлять. К тому, что было сделано – нечего добавить. Но для меня, Достопочтенный, есть что осуществлять. Есть, что добавить к тому – что было сделано. Если бы Достопочтенный позволил мне, то я мог бы отправиться в эту манговую рощу для старания».

«Ты много говоришь о старании, Мегхия. Что мы можем сказать? Делай, что задумал, Мегхия».

И тогда Достопочтенный Мегхия, поднявшись со своего места, поклонившись и обойдя Благословенного, отправился в ту манговую рощу. Войдя в ту манговую рощу, он сел у подножия дерева, чтобы пребывать так целыми днями.

Тогда Достопочтенного Мегхию, живущего в той манговой роще, стали одолевать три вида плохих, неблагих мыслей: мысли о чувственных удовольствиях, недоброжелательные мысли и мысли о причинения вреда.

И тогда Достопочтенный Мегхия подумал: «Это поразительно, это удивительно, что я, ради веры оставивший свой дом, для жизни бездомной, теперь оказался пойманным в ловушку этими тремя видами плохих, неблагих мыслей: мыслями о чувственных удовольствиях, недоброжелательными мыслями и мыслями о причинении вреда».

Затем Достопочтенный Мегхия, прервав свое затворничество, в вечернее время отправился к Благословенному. Поклонившись и сев напротив, он сказал: «Достопочтенный, когда я жил в той манговой роще, три вида плохих, неблагих мыслей стали одолевать меня: мысли о чувственных удовольствиях, недоброжелательные мысли и мысли о причинения вреда. И тогда, я подумал: «Это поразительно, это удивительно, что я, ради веры оставивший свой дом, для жизни бездомной, теперь оказался пойманным в ловушку этими тремя видами плохих, неблагих мыслей: мыслями о чувственных удовольствиях, недоброжелательными мыслями и мыслями о причинении вреда»».
 
«Для того, чье освобождение ума еще не полностью созрело, Мегхия, есть пять вещей, которые приводят к зрелости. Какие пять?

Вот, Мегхия, у монаха есть хороший друг, хороший компаньон, хороший товарищ. Для того, чье освобождение ума еще не полностью созрело, Мегхия, это первое, что приводит к зрелости.
 
Кроме того, Мегхия, монах нравственен, он живет сдержанно, обуздывая себя Патимоккхой, он наделен надлежащим поведением и образом жизни, видя опасность в малейших нарушениях, он тренируется, соблюдая правила, которые он принял. Для того, чье освобождение ума еще не полностью созрело, Мегхия, это второе, что приводит к зрелости.
 
Кроме того, Мегхия, монах говорит о полном отречении, что необходимо для совершенствования ума, что приводит к абсолютному разочарованию, бесстрастию, прекращению, умиротворению, глубокому знанию, полному пробуждению и освобождению, например: говорит о [довольствовании] малым, говорит об удовлетворении [монашеской жизнью], говорит о полном уединении, говорит об отшельничестве, говорит об усердии, говорит о нравственности, говорит о созерцании, говорит о мудрости, говорит об освобождении, говорит о знании и видении освобождения. Лишь к таким беседам он стремится, лишь такие беседы желает вести, лишь такие беседы он поддерживает. Для того, чье освобождение ума еще не полностью созрело, Мегхия, это третье, что приводит к зрелости.
 
Кроме того, Мегхия, монах обладает усердием, направленным на отказ от неблагих умственных состояний, и развитие благих умственных состояний; непоколебимым, твердым, неутомимым усердием, в отношении развития благих умственных состояний. Для того, чье освобождение ума еще не полностью созрело, Мегхия, это четвертое, что приводит к зрелости.
 
Кроме того, Мегхия, монах мудр, он наделен мудростью, которая приводит к видению появления и исчезновения , к благородному знанию, что приводит к полному уничтожению страданий. Для того, чье освобождение ума еще не полностью созрело, Мегхия, это пятое, что приводит к зрелости.
 
Для того, чье освобождение ума еще не полностью созрело, Мегхия, эти пять вещей приводят к зрелости.
 
Мегхия, когда у монаха есть хороший друг, хороший компаньон, хороший товарищ, то можно ожидать, что он будет нравственным, что он будет жить сдержанно, обуздывая себя Патимоккхой, что он будет наделен надлежащим поведением и образом жизни, и видя опасность в малейших нарушениях, он будет тренироваться, соблюдая правила, которые принял.
 
Когда у монаха есть хороший друг, хороший компаньон, хороший товарищ, то можно ожидать, что он будет говорить о полном отречении, что необходимо для совершенствования ума, что приводит к абсолютному разочарованию, бесстрастию, прекращению, умиротворению, глубокому знанию, полному пробуждению и освобождению, например: говорить о [довольствовании] малым, говорить об удовлетворении [монашеской жизнью], говорить о полном уединении, говорить об отшельничестве, говорить об усердии, говорить о нравственности, говорить о созерцании, говорить о мудрости, говорить об освобождении, говорить о знании и видении освобождения. Можно ожидать, что лишь к таким беседам он будет стремиться, лишь такие беседы будет желать вести, лишь такие беседы он будет поддерживать.

Когда у монаха есть хороший друг, хороший компаньон, хороший товарищ, то можно ожидать, что он будет обладать усердием, направленным на отказ от неблагих умственных состояний, и развитие благих умственных состояний; непоколебимым, твердым, неутомимым усердием, в отношении развития благих умственных состояний.

Когда у монаха есть хороший друг, хороший компаньон, хороший товарищ, то можно ожидать, что он будет мудрым, что он будет наделен мудростью, которая приводит к видению появления и исчезновения, к благородному знанию, что приводит к полному уничтожению страданий.

Когда, Мегхия, монах утвердился в этих пяти вещах, еще четыре вещи должны быть развиты:

медитация созерцания непривлекательного должна быть развита, для отказа от страсти;
медитация развития доброты должна быть развита, для пресечения недоброжелательности;
внимательность к дыханию должна быть развита, для отсечения [неумелых] мыслей;
восприятие непостоянства должно быть развито, для полного выкорчевывания самомнения «я есть».

У того, кто имеет восприятие непостоянства, Мегхия, восприятие безличности установлено.  Тот, кто воспринимает безличность, достигнув полного выкорчевывания самомнение «я есть», в этой самой жизни достигает освобождения».
 
И тогда, осознав значимость этого, Благословенный произнёс это вдохновенное высказывание:

«Есть низкие и хорошие мысли,
Случайные мысли всплывают в уме,
Не разобравшись с этими мыслями,
Неустойчивый ум бегает туда-сюда.

У того, кто разобрался с этими мыслями,
Кто усерден, внимателен, сдерживает их,
Случайные мысли не всплывают в уме,
Пробужденный полностью оставил их».

26

Анатта лаккхана сутта

После того как первые пять монахов услышали эту короткую сутту, они стали Арахантами.

27

АН 8.6 Дутия локадхамма сутта: Мирские ситуации (II)

[Перевод с пали: bhikkhu Bodhi, перевод с английского: Сергей Тюлин (SV)]

[Благословенный сказал]: «Монахи, эти восемь мирских ситуаций вращаются вокруг мира, и мир вращается вокруг этих восьми мирских ситуаций. Какие восемь?

* обретение и утрата,
* слава и плохая репутация,
* похвала и порицание,
* удовольствие и боль.

Эти восемь мирских ситуаций вращаются вокруг мира, и мир вращается вокруг этих восьми мирских ситуаций.

Монахи, необученный заурядный человек встречает обретение и утрату, славу и плохую репутацию, похвалу и порицание, удовольствие и боль. Обученный ученик Благородных также встречает обретение и утрату, славу и плохую репутацию, похвалу и порицание, удовольствие и боль. Так в чём же разница, в чём несоответствие, в чём отличие между обученным учеником Благородных и необученным заурядным человеком в этом отношении?»

«Учитель, наши учения укоренены в Благословенном, направляемы Благословенным, находят пристанище в Благословенном. Было бы хорошо, если бы Благословенный [сам] прояснил значение этого утверждения. Услышав это из его уст, монахи запомнят это».

«Тогда слушайте внимательно, монахи. Я буду говорить».

«Да, Учитель» – ответили монахи.

Благословенный сказал:

(1) «Монахи, когда необученный заурядный человек встречается с обретением, он не рассуждает так: «Это обретение, с которым я встретился – непостоянно, страдательно, подвержено изменению». Он не понимает в соответствии с действительностью. (2) Когда он встречается с утратой, он не рассуждает так: «Эта утрата, с которой я встретился – непостоянна, страдательна, подвержена изменению». Он не понимает в соответствии с действительностью. (3) Когда он встречается со славой… (4) плохой репутацией… (5) похвалой… (6) порицанием… (7) удовольствием… (8) болью, он не рассуждает так: «Эта боль, с которой я встретился – непостоянна, страдательна, подвержена изменению». Он не понимает в соответствии с действительностью.

Обретение завладевает его умом, и утрата завладевает его умом. Слава… плохая репутация… похвала… порицание… удовольствие… и боль завладевает его умом. Он увлекаем обретением и отвращаем утратой. Он увлекаем славой и отвращаем плохой репутацией. Он увлекаем похвалой и отвращаем порицанием. Он увлекаем удовольствием и отвращаем болью. Так, будучи вовлечённым в увлечение и отвращение, он не свободен от рождения, от старости и смерти, от печали, стенания, боли, уныния и отчаяния. Он не свободен от страданий, я говорю вам.

Но, монахи, когда обученный ученик Благородных встречается с обретением, он рассуждает так: «Это обретение, с которым я встретился – непостоянно, страдательно, подвержено изменению». Он понимает в соответствии с действительностью. Когда он встречается с утратой, он рассуждает так: «Эта утрата, с которой я встретился – непостоянна, страдательна, подвержена изменению». Он понимает в соответствии с действительностью. Когда он встречается со славой… плохой репутацией… похвалой… порицанием… удовольствием… болью, он рассуждает так: «Эта боль, с которой я встретился – непостоянна, страдательна, подвержена изменению». Он понимает в соответствии с действительностью.

Обретение не завладевает его умом, и утрата не завладевает его умом. Слава… плохая репутация… похвала… порицание… удовольствие… боль не завладевает его умом. Он не увлекаем обретением и не отвращаем утратой. Он не увлекаем славой и не отвращаем плохой репутацией. Он не увлекаем похвалой и не отвращаем порицанием. Он не увлекаем удовольствием и не отвращаем болью. Так, отбросив увлечение и отвращение, он свободен от рождения, от старости и смерти, от печали, стенания, боли, уныния и отчаяния. Он свободен от страданий, я говорю вам.

Такова, монахи, разница, несоответствие, отличие между обученным учеником Благородных и необученным заурядным человеком».

[И далее он добавил]:

«Утрата, обретение; дурная репутация и слава,
И похвала, и порицание, и удовольствие и боль:
Встречают люди эти ситуации [мирские] –
Непостоянные, текучие, которые не могут перемены избежать.

Но человек, что мудр и осознан, всех их знает,
И видит: перемены в них не избежать.
Желанные условия его не будоражат,
А к неприятным не имеет отвращения он.

Влечение, отвращение он смог рассеять,
Они ушли и в нём их больше нет.
Познав то состояние без пыли, без печали,
Он понимает правильно, существование преодолев».

28

http://www.theravada.ru/Teaching/Canon/ … tta-sv.htm


Сатта сурия сутта: Семь солнц
АН 7.66

Однажды Благословенный пребывал в Весали в роще Амбапали. Там Благословенный обратился к монахам: «Монахи!»
«Учитель!» – отвечали те монахи. Благословенный сказал:
«Монахи, обусловленные явления непостоянны. Обусловленные явления неустойчивы. Обусловленные явления ненадёжны. Этого достаточно для того, чтобы разочароваться во всех обусловленных явлениях, достаточно, чтобы стать бесстрастными по отношению к ним, достаточно, чтобы освободиться от них.
Монахи, Синеру, царь всех гор, восемьдесят четыре тысячи йоджан в длину, восемьдесят четыре тысячи йоджан в ширину. [Эта гора] погружена на восемьдесят четыре тысячи йоджан в великий океан, и возвышается на восемьдесят четыре тысячи йоджан над океаном.
(1) Монахи, приходит время, когда не выпадает дождя в течение многих лет, в течение многих сотен лет, в течение многих тысяч лет, в течение многих сотен тысяч лет. Когда дождя не выпадает, растительная жизнь и зелень, целебные растения, травы и огромные лесные деревья высыхают и перестают существовать. Настолько непостоянны все обусловленные явления, настолько неустойчивы, настолько ненадёжны. Этого достаточно для того, чтобы разочароваться во всех обусловленных явлениях, достаточно, чтобы стать бесстрастными по отношению к ним, достаточно, чтобы освободиться от них.
(2) Через длительный период приходит время, когда появляется второе солнце. С появлением второго солнца небольшие реки и озёра высыхают и испаряются, и перестают существовать. Настолько непостоянны все обусловленные явления... чтобы освободиться от них.
(3) Через длительный период приходит время, когда появляется третье солнце. С появлением третьего солнца великие реки – Ганг, Ямуна, Чиравати, Сарабху, и Махи – высыхают и испаряются, и перестают существовать. Настолько непостоянны все обусловленные явления... чтобы освободиться от них.
(4) Через длительный период приходит время, когда появляется четвёртое солнце. С появлением четвёртого солнца великие озёра, из которых берут начало эти великие реки – Анотатта, Сихапапата, Ратхакара, Каннамунда, Кунала, Чхадданта, и Мандакини – высыхают и испаряются, и перестают существовать. Настолько непостоянны все обусловленные явления... чтобы освободиться от них.
(5) Через длительный период приходит время, когда появляется пятое солнце. С появлением пятого солнца вода в великом океане убывает на сто йоджан... двести... триста... четыреста... пятьсот... шестьсот... семьсот йоджан. Вода, оставшаяся в великом океане, доходит до глубины в семь пальм... шесть... пять... четыре... три... две... всего лишь [одну] пальму. Вода, оставшаяся в великом океане, доходит до глубины в семь саженей... шесть... пять... четыре... три... два... [один] сажень... полсаженя... до глубины до талии... до колен... до лодыжек.
Подобно тому, как осенью, когда мощные капли дождя падают с неба, и вода стоит тут и там в отпечатках копыт рогатого скота, то точно также, вода, оставшаяся в великом океане, будет стоять тут и там [в выемках] размером с отпечаток копыт рогатого скота. С появлением пятого солнца воды, оставшейся в великом океане, не хватает даже чтобы достичь суставов пальцев. Настолько непостоянны все обусловленные явления... чтобы освободиться от них.
(6) Через длительный период приходит время, когда появляется шестое солнце. С появлением шестого солнца эта великая земля и [гора] Синеру, царь всех гор, дымится, испускает дым, тлеет. Подобно тому, как разводимый гончаром огонь вначале дымится, испускает дым, тлеет, то точно также, c появлением шестого солнца эта великая земля и [гора] Синеру, царь всех гор, дымится, испускает дым, тлеет. Настолько непостоянны все обусловленные явления... чтобы освободиться от них.
(7) Через длительный период приходит время, когда появляется седьмое солнце. С появлением седьмого солнца эта великая земля и Синеру, царь всех гор, вспыхивает пламенем, ярко полыхает, становится единой грудой пламени. По мере того как великая земля и Синеру, царь всех гор, горят и полыхают, пламя, подхватываемое ветром, достигает даже мира брахм. По мере того как Синеру горит и полыхает, по мере того, как она разрушается, одолеваемая огромной жарой, горные вершины в сто йоджан распадаются; горные вершины в двести... триста... четыреста... пятьсот йоджан распадаются.
Когда эта великая земля и Синеру, царь всех гор, горят и полыхают, то не видно ни пепла, ни копоти. Подобно тому, как топлёное масло или [простое] масло горит и полыхает, то не видно ни пепла, ни копоти, то точно также, когда эта великая земля и Синеру, царь всех гор, горят и полыхают, то не видно ни пепла, ни копоти. Настолько непостоянны все обусловленные явления, настолько неустойчивы, настолько ненадёжны. Этого достаточно для того, чтобы разочароваться во всех обусловленных явлениях, достаточно, чтобы стать бесстрастными по отношению к ним, достаточно, чтобы освободиться от них.
Монахи, кто ещё, кроме тех, кто увидел истину, подумал бы или поверил: «Эта великая земля и Синеру, царь всех гор, сгорит, будет разрушена и перестанет существовать?»

В прошлом, монахи, был учитель по имени Сунетта, основатель религиозного движения без жажды к чувственным удовольствиям. У учителя Сунетты было много сотен учеников, которых он учил Дхамме ради достижения мира брахм. Когда он учил, те, кто полностью поняли его учение, после распада тела, после смерти, перерождались в благом уделе, в мире брахм. Но те, кто не полностью поняли его учение, перерождались среди дэвов, управляющих творениями других; иные – среди дэвов, наслаждающихся творениями; иные – среди дэвов Туситы; иные – среди дэвов Ямы; иные – среди дэвов Таватимсы; иные – дэвов, управляемых Четырьмя Великими [божественными] Царями. Некоторые переродились среди зажиточных кхаттиев; некоторые – среди зажиточных брахманов; некоторые – среди зажиточных домохозяев.
И тогда, монахи, мысль пришла к учителю Сунетте: «Не подобает мне иметь тот же самый будущий удел, что и у моих учеников. Что если я буду развивать доброжелательность ещё больше?»
И тогда учитель Сунетта семь лет развивал доброжелательный ум. В результате в течение семи циклов распада мира и развёртывания мира он не возвращался обратно в этот мир [из мира Брахмы]. Когда мир распадался, он направлялся в [мир дэвов] лучезарного сияния. Когда мир развёртывался, он перерождался в пустом дворце Брахмы. Там он был Брахмой, Великим Брахмой, Победителем, Непобеждённым, Вселенским Провидцем, Владыкой. Тридцать шесть раз он был Саккой, царём дэвов. Много сотен раз он был царём-миродержцем, праведным царём, который правит Дхаммой, покорителем, чьё правление простирается до четырёх границ, тем, кто добился стабильности в своей стране, кто обладает семью сокровищами. У него было более тысячи сыновей-героев, могучих, способных сокрушить армии их врагов. Он правил, покорив эту землю, ограниченную океаном, и не силой и оружием, но Дхаммой.
Монахи, хотя у него был такой огромный срок жизни, продолжавшейся такое долгое время, [всё же] учитель Сунетта не был свободен от рождения, старости, смерти, печали, стенания, боли, уныния и отчаяния. Он не был свободен от страданий, я говорю вам. И почему? Потому что не понял и не постиг четырёх вещей. Каких четырёх?

* благородного нравственного поведения,
* благородного сосредоточения,
* благородной мудрости,
* благородного освобождения.

[Теперь же] благородное нравственное поведение, монахи, было понятно и постигнуто. Благородное сосредоточение было понятно и постигнуто. Благородная мудрость была понята и постигнута. Благородное освобождение было понятно и постигнуто. Жажда к существованию была отрезана. Проводник к существованию был уничтожен. Не будет более нового существования». [И далее он добавил]:

«Нравственность, сосредоточение, и мудрость,
Как и непревзойдённое освобождение:
Все эти вещи смог понять славный Готама
Своею собственною силой.


И когда понял напрямую он всё это,
Сей Дхамме Будда научил монахов –
Учитель, Тот, Кто положил конец страданиям,
Кто Обладает Видением, достиг ниббаны»
.

Отредактировано Sunken (2019-11-20 01:17:23)

29

http://www.theravada.ru/Teaching/Canon/ … tta-sv.htm


[Благословенный сказал]: «Монахи, я лично познал две вещи: (1) отсутствие удовлетворённости в отношении благих качеств и (2) неутомимость в старании. Я неутомимо старался, [решив]: «Пусть останутся только кожа, сухожилия и кости, пусть высохнет плоть и кровь в моём теле, но я не позволю своему усердию ослабнуть, пока не достигну того, что может быть достигнуто человеческой силой, старанием, рвением». Именно за счёт прилежания я достиг просветления, монахи. Именно за счёт прилежания я достиг непревзойдённой защиты от подневольности.
Если бы, монахи, вы бы тоже старались, [решив]: «Пусть останутся только кожа… человеческой силой, старанием, рвением» – то вы бы тоже вскоре реализовали для себя самостоятельно в этой самой жизни прямым знанием это непревзойдённое достижение святой жизни, ради которого представители клана праведно оставляют жизнь домохозяйскую ради бездомной. И, войдя в это [состояние], вы будете пребывать в нём.
Поэтому, монахи, вот как вы должны тренировать себя: «Мы будем неутомимо стараться, [решив]: «Пусть останутся только кожа… человеческой силой, старанием, рвением». Вот как вы должны тренировать себя».

Отредактировано Sunken (2019-11-26 14:16:22)

30

АН 3.118 Апаннака сутта: Игра в кости

[Перевод с пали: bhikkhu Bodhi, перевод с английского: Сергей Тюлин (SV)]

[Благословенный сказал]: «Монахи, есть эти три неудачи. Какие три?

* неудача в нравственном поведении,
* неудача в уме,
* неудача в воззрении.

(1) И что такое неудача в нравственном поведении? Вот некий человек уничтожает жизнь, берёт то, что не дано, пускается в неблагое сексуальное поведение, лжёт, своими речами сеет распри, грубит, пускается в пустую болтовню. Это называется неудачей в нравственном поведении.

(2) И что такое неудача в уме? Вот некий человек полон жажды и имеет недоброжелательный ум. Это называется неудачей в уме.

(3) И что такое неудача в воззрении? Вот некий человек придерживается неправильного воззрения и имеет неправильную точку зрения: «Нет ничего, что дано; нет ничего, что предложено; нет ничего, что пожертвовано. Нет плода или результата хороших или плохих поступков. Нет этого мира, нет следующего мира; нет отца, нет матери, нет спонтанно рождающихся существ. Нет жрецов и отшельников, которые посредством правильной жизни и правильной практики [истинно] провозглашали бы, что познали и засвидетельствовали самостоятельно этот мир и следующий». Это называется неудачей в воззрении.

Подобно брошенным кубикам из игры в кости, которые прочно будут стоять там, куда упадут, точно также, из-за неудачи в нравственном поведении, из-за неудачи в уме, из-за неудачи в воззрении, с распадом тела, после смерти, существа перерождаются в состоянии лишений, в плохом уделе, в нижних мирах, в аду. Таковы, монахи, три неудачи.

Монахи, есть эти три совершенства. Какие три?

* совершенство в нравственном поведении,
* совершенство в уме,
* совершенство в воззрении.

И что такое совершенство в нравственном поведении? Вот некий человек воздерживается от уничтожения жизни, воздерживается от взятия того, что не дано, воздерживается от неблагого сексуального поведения, воздерживается от лжи, воздерживается от речи, сеящей распри, воздерживается от грубой речи, воздерживается от пустой болтовни. Это называется совершенством в нравственном поведении.

И что такое совершенство в уме? Вот некий человек не имеет жажды и имеет ум, свободный от недоброжелательности. Это называется совершенством в уме.

И что такое совершенство в воззрении? Вот некий человек придерживается правильного воззрения и имеет правильную точку зрения: «Есть то, что дано; есть то, что предложено; есть то, что пожертвовано. Есть плод и результат хороших или плохих поступков. Есть этот мир, есть следующий мир; есть отец, есть мать, есть спонтанно рождающиеся существа. Есть жрецы и отшельники, которые посредством правильной жизни и правильной практики [истинно] провозглашают, что познали и засвидетельствовали самостоятельно этот мир и следующий». Это называется совершенством в воззрении.

Подобно брошенным кубикам из игры в кости, которые прочно будут стоять там, куда упадут, точно также, из-за совершенства в нравственном поведении, из-за совершенства в уме, из-за совершенства в воззрении, с распадом тела, после смерти, существа перерождаются в благом уделе, в небесном мире. Таковы, монахи, три совершенства».

31

«Нет ничего, за что бы стоило держаться»

Отсюда

32

Удана 8.9 Патхамадаббасутта: Первое высказывание о Даббе

[Перевод с пали: Anandajoti bhikkhu, перевод с английского: Antaradhana]

Так я слышал. Однажды Благословенный пребывал вблизи Раджагахи, в бамбуковой роще, в Беличьем Святилище. Там Достопочтенный Дабба Маллапутта подошел к Благословенному, поклонился, и сев напротив, сказал: «Настало время моей окончательной ниббаны, счастливый».
 
«Сейчас подходящее время, Дабба».

Затем Достопочтенный Дабба Маллапутта, поднявшись со своего места, поклонившись и обойдя вокруг Милостивого, поднялся в небо и сидя со скрещенными ногами в воздухе, вошел в элемент огня и достиг окончательной ниббаны.

Когда Достопочтенный Дабба Маллапутта, поднявшись в небо и сидя со скрещенными ногами в воздухе, вошел в элемент огня и достиг окончательной ниббаны, его тело, объятое пламенем, сгорело и исчезло без остатка, не оставив ни золы, ни пепла.

Точно так же, когда горит гхи или масло, оно сгорает и исчезает без остатка, не оставляя ни золы, ни пепла, так и в то время, когда Достопочтенный Дабба Маллапутта, поднявшись в небо и сидя со скрещенными ногами в воздухе, вошел в элемент огня и достиг окончательной ниббаны, его тело, объятое пламенем, сгорело и исчезло без остатка, не оставив ни золы, ни пепла.
 
И тогда, осознав значимость этого, Благословенный произнёс это вдохновенное высказывание: 

«Тело разрушено,
Восприятие прекратилось,
Все чувства остыли,
Умственные конструкции развеяны,
Сознание угасло».

33

СН 47.20 Джанападакальяни сутта: Самая красивая девушка в округе

[Перевод с пали: bhikkhu Bodhi, перевод с английского: Сергей Тюлин (SV)]

Так я слышал. Однажды Благословенный пребывал в стране Сумбахов, где был город Сумбахов под названием Седака. Там Благословенный обратился к монахам так: «Монахи!»

«Учитель!» – отвечали монахи. Благословенный сказал:

«Монахи, представьте, как собралась бы огромная толпа, услышав: «Самая красивая девушка в округе! Самая красивая девушка в округе!». И эта самая красивая девушка в округе стала бы изящно петь и изящно танцевать. И услышав: «Самая красивая девушка в округе танцует! Самая красивая девушка в округе поёт!», ещё бóльшая толпа людей собралась бы. И тогда мимо проходил бы человек, который желал бы жить и не хотел бы умирать, который желал бы счастья и не хотел бы страдания. И некто сказал бы ему так: «Дорогой мой, ты должен пронести между этой толпой и самой красивой девушкой в округе этот чан с маслом, наполненный до самых краёв. А прямо за тобой будет идти человек с мечом наготове, и если ты прольёшь хотя бы каплю, он тут же отрубит тебе голову».

Как вы думаете, монахи, стал бы этот человек, несущий этот чан, из-за беспечности останавливаться и направлять своё внимание вовне?»

«Нет, Учитель».

«Я привёл вам этот пример, монахи, чтобы донести смысл. Смысл таков:

«Чаша, наполненная до краёв» – это обозначение осознанности, направленной на тело. Таким образом, монахи, так вам следует тренировать себя: «Мы будем развивать и взращивать осознанность, направленную на тело, будем делать её своим средством передвижения, своей основой, будем утверждать её, упражняться в ней, и всецело совершенствовать её». Вот как, монахи, вам следует тренировать себя».

34

Нагара сутта: Город
СН 12.65

В Саваттхи. [Благословенный сказал]: «Монахи, до моего просветления, когда я всё ещё был не полностью просветлённым бодхисаттой, мысль пришла ко мне: «Увы, этот мир попал в беду в том [смысле], что он рождается, стареет и умирает, он прекращается и перерождается, и всё же не понимает спасения от этого страдания, [причиняемого] старением-и-смертью. Так когда же будет выявлено спасение от этого страдания, [причиняемого] старением-и-смертью?
И тогда, монахи, мысль пришла ко мне: «Что наличествует, так что возникает старение-и-смерть? Чем обусловлено старение-и-смерть?» И тогда, монахи, через тщательно [направленное] внимание, постижение посредством мудрости возникло во мне: «Когда есть рождение, то старение-и-смерть возникает. Старение-и-смерть имеет рождение своим условием».
Затем, монахи, мысль пришла ко мне: «Что наличествует, так что возникает рождение?... существование?... цепляние?... жажда?... чувство?... контакт?... шесть сфер чувств?...
И тогда, монахи, мысль пришла ко мне: «Что наличествует, так что возникает имя-и-форма? Чем обусловлена имя-и-форма?» И тогда, монахи, через тщательно [направленное] внимание, постижение посредством мудрости возникло во мне: «Когда есть сознание, то имя-и-форма возникает. Имя-и-форма имеет сознание своим условием».
И тогда, монахи, мысль пришла ко мне: «Что наличествует, так что возникает сознание? Чем обусловлено сознание?» И тогда, монахи, через тщательно [направленное] внимание, постижение посредством мудрости возникло во мне: «Когда есть имя-и-форма, то сознание возникает. Сознание имеет имя-и-форму своим условием».
И тогда, монахи, мысль пришла ко мне: «Это сознание поворачивает обратно. Оно не выходит за пределы имени-и-формы1. Вот до какой степени кто-либо может родиться, состариться и скончаться, умереть и переродиться2, то есть – когда есть сознание с именем-и-формой как условием, и [есть] имя-и-форма с сознанием, как условием. С именем-и-формой как условием, шесть сфер чувств [возникают]... контакт… чувство… жажда… цепляние… существование… рождение… старение-и-смерть… Таково происхождение всей этой груды страдания».
«Возникновение, возникновение» – так, монахи, в отношении вещей, неслыханных прежде, видение возникло во мне, знание, мудрость, истинное знание и свет.
Затем, монахи, мысль пришла ко мне: «Что не наличествует, так что не возникает старение-и-смерть? С прекращением чего происходит прекращение старения-и-смерти?» И тогда, монахи, через тщательно [направленное] внимание, постижение посредством мудрости возникло во мне: «Когда нет рождения, то старение-и-смерть не возникает. С прекращением рождения происходит прекращение старения-и-смерти».
Мысль пришла ко мне: «Что не наличествует, так что не возникает рождение… существование… цепляние… жажда… чувство… контакт… шесть сфер чувств… имя-и-форма? С прекращением чего происходит прекращение имени-и-формы?» И тогда, монахи, через тщательно [направленное] внимание, постижение посредством мудрости возникло во мне: «Когда нет сознания, то имени-и-формы не возникает. С прекращением сознания происходит прекращение имени-и-формы».
Мысль пришла ко мне: «Что не наличествует, так что не возникает сознание? С прекращением чего происходит прекращение сознания?» И тогда, монахи, через тщательно [направленное] внимание, постижение посредством мудрости возникло во мне: «Когда нет имени-и-формы, то сознание не возникает. С прекращением имени-и-формы происходит прекращение сознания».
Тогда, монахи, мысль пришла ко мне: «Я открыл этот путь к просветлению, то есть, с прекращением имени-и-формы происходит прекращение сознания. С прекращением сознания происходит прекращение имени-и-формы. С прекращением имени-и-формы происходит прекращение шести сфер чувств… контакта… чувства… жажды… цепляния… существования… рождения… старения-и-смерти… Таково прекращение всей этой груды страдания»3.
«Прекращение, прекращение» – так, монахи, в отношении вещей, не слышанных прежде, видение возникло во мне, знание, мудрость, истинное знание и свет.
Представьте, монахи, как если бы человек, скитающийся по лесу, увидел бы древний путь, древнюю дорогу, по которой путешествовали люди в прошлом. Он бы пошёл этой дорогой и увидел бы древний город, древнюю столицу, в прошлом населённую людьми, с парками, рощами, прудами, бастионами – восхитительное место. И тот человек сообщил бы царю или царскому министру: «Ваше Величество, знайте же, что по мере того как я скитался по лесу, я увидел древний путь, древнюю дорогу, по которой путешествовали люди в прошлом. Я пошёл этой дорогой и увидел древний город, древнюю столицу, в прошлом населённую людьми, с парками, рощами, прудами, бастионами – восхитительное место. Восстановите этот город, Ваше Величество!» И тогда царь или царский министр восстановил бы этот город, и через некоторое время этот город стал бы успешным и процветающим, густо населённым, переполненным людьми, разрастающимся и расширяющимся.
Точно также, монахи, я увидел древний путь, древнюю дорогу, по которой шли Полностью Просветлённые прошлого. И что это за древний путь, древняя дорога? Это именно этот самый Благородный Восьмеричный Путь, то есть:

* Правильные Воззрения,
* Правильное Устремление,
* Правильная Речь,
* Правильные Действия,
* Правильные Средства к жизни,
* Правильное Усилие,
* Правильная Осознанность,
* Правильное Сосредоточение.

Я пошёл этим путём и, сделав так, я напрямую познал старение-и-смерть, его возникновение, его прекращение, и путь, ведущий к его прекращению. Я напрямую познал рождение… существование… цепляние… жажду… чувство… контакт… шесть сфер чувств… имя-и-форму… сознание… волевые формирователи, их возникновение, их прекращение, и путь, ведущий к их прекращению4. Напрямую познав их, я объяснил их монахам, монахиням, мирянам и мирянкам. Эта святая жизнь, монахи, стала успешной и процветающей, распространённой, знаменитой, известной и хорошо провозглашённой среди богов и людей».

35

Самбадха сутта: Ограничение
АН 9.42

Так я слышал. Однажды Достопочтенный Ананда пребывал в Косамби в Парке Гхоситы. И тогда Достопочтенный Удайи подошёл к Достопочтенному Ананде и обменялся с ним вежливыми приветствиями. После обмена вежливыми приветствиями он сел рядом и сказал Достопочтенному Ананде: «Друг, так было сказано молодым дэвом Панчалачандой1:

«Он бык, ведущий стадо, он мудрец.
Будда, который пробудился в джхану,
Обширной мудростью он наделён, и он нашёл
Брешь, выводящую из всех ограничений».

О чём, друг, Благословенный говорил как об ограничении, и о чём как о бреши среди ограничений?»2
«Друг, Благословенный говорил о пяти нитях чувственных удовольствий как об ограничении. Каких пяти? Формах, познаваемых глазом – милых, приятных, чарующих, привлекательных, воспаляющих желание, соблазнительных. Звуках… запахах… вкусах… тактильных ощущениях, познаваемых телом – милых, приятных, чарующих, привлекательных, воспаляющих желание, соблазнительных. Благословенный говорил об этих пяти нитях чувственных удовольствий как об ограничении.
(1) Вот, друг, будучи отстранённым от чувственных удовольствий, отстранённым от неблагих состояний [ума], монах входит и пребывает в первой джхане, которая сопровождается направлением и удержанием [ума на объекте медитации], с восторгом и удовольствием, которые возникли из-за [этой] отстранённости. До этой степени Благословенный говорил о достижении бреши среди ограничений в условном смысле3. [Ведь] здесь также есть ограничение. И какое здесь ограничение? Любое направление и удержание [ума на объекте медитации], которое не прекратилось здесь, является в данном случае ограничением.
(2) Далее, друг, с угасанием направления и удержания [ума на объекте] монах входит и пребывает во второй джхане, в которой наличествуют внутренняя уверенность и единение ума, в которой нет направления и удержания, но есть восторг и удовольствие, которые возникли посредством сосредоточения. И до этой степени Благословенный говорил о достижении бреши среди ограничений в условном смысле. [Ведь] здесь также есть ограничение. И какое здесь ограничение? Любой восторг, который не прекратился здесь, является в данном случае ограничением.
(3) Далее, друг, с угасанием восторга монах пребывает невозмутимым, осознанным, бдительным и ощущает приятное телом. Он входит и пребывает в третьей джхане, о которой Благородные говорят так: «Он невозмутим, осознан, пребывает в удовольствии». И до этой степени Благословенный говорил о достижении бреши среди ограничений в условном смысле. [Ведь] здесь также есть ограничение. И какое здесь ограничение? Любое удовольствие, [связанное] с невозмутимостью, которое не прекратилось здесь, является в данном случае ограничением.
(4) Далее, друг, с оставлением удовольствия и боли, равно как и с предыдущим угасанием радости и недовольства, монах входит и пребывает в четвёртой джхане, которая ни-приятна-ни-болезненна, характерна чистейшей осознанностью из-за невозмутимости. И до этой степени Благословенный говорил о достижении бреши среди ограничений в условном смысле. [Ведь] здесь также есть ограничение. И какое здесь ограничение? Любое восприятие формы, которое не прекратилось здесь, является в данном случае ограничением.
(5) Далее, друг, с полным преодолением восприятий форм, с угасанием восприятий, вызываемых органами чувств, не обращающий внимания на восприятие множественности, [воспринимая]: «пространство безгранично», монах входит и пребывает в сфере безграничного пространства. И до этой степени Благословенный говорил о достижении бреши среди ограничений в условном смысле. [Ведь] здесь также есть ограничение. И какое здесь ограничение? Любое восприятие сферы безграничного пространства, которое не прекратилось здесь, является в данном случае ограничением.
(6) Далее, друг, с полным преодолением сферы безграничного пространства, [воспринимая]: «сознание безгранично», монах входит и пребывает в сфере безграничного сознания. И до этой степени Благословенный говорил о достижении бреши среди ограничений в условном смысле. [Ведь] здесь также есть ограничение. И какое здесь ограничение? Любое восприятие сферы безграничного сознания, которое не прекратилось здесь, является в данном случае ограничением.
(7) Далее, друг, с полным преодолением сферы безграничного сознания, [воспринимая]: «здесь ничего нет», монах входит и пребывает в сфере отсутствия всего. И до этой степени Благословенный говорил о достижении бреши среди ограничений в условном смысле. [Ведь] здесь также есть ограничение. И какое здесь ограничение? Любое восприятие сферы отсутствия всего, которое не прекратилось здесь, является в данном случае ограничением.
(8) Далее, друг, с полным преодолением сферы отсутствия всего монах входит и пребывает в сфере ни восприятия, ни не-восприятия. И до этой степени Благословенный говорил о достижении бреши среди ограничений в условном смысле. [Ведь] здесь также есть ограничение. И какое здесь ограничение? Любое восприятие сферы ни восприятия, ни не-восприятия, которое не прекратилось здесь, является в данном случае ограничением.
(9) Далее, с полным преодолением сферы ни восприятия ни не-восприятия, монах входит и пребывает в прекращении восприятия и чувствования, и, [когда он] увидел [это] мудростью, его пятна загрязнений ума полностью уничтожились. До этой степени Благословенный говорил о достижении бреши среди ограничений в не-условном смысле»4.

36

Велама сутта: Велама
АН 9.20

Ещё более плодотворным, чем то великое подношение, которое сделал брахман Велама, и чем кормление одного человека, совершенного в воззрениях, и ста человек, совершенных в воззрениях – было бы накормить одного однажды-возвращающегося.
Ещё более плодотворным, чем то великое подношение, которое сделал брахман Велама, и чем кормление одного… ста человек, совершенных в воззрениях, и ста однажды-возвращающихся – было бы накормить одного не-возвращающегося.
Ещё более плодотворным… и чем кормление ста не-возвращающихся – было бы накормить одного араханта.
Ещё более плодотворным… и чем кормление ста арахантов – было бы накормить одного паччека-будду.
Ещё более плодотворным… и чем кормление ста паччека-будд – было бы накормить одного Татхагату, Араханта, Полностью Просветлённого.
Ещё более плодотворным… и чем кормление Татхагаты, Араханта, Полностью Просветлённого – было бы накормить Сангху монахов, возглавляемую Буддой.
Ещё более плодотворным… и чем кормление Сангхи монахов, возглавляемой Буддой – было бы построить жилище и посвятить его Сангхе четырёх сторон света.
Ещё более плодотворным… и чем постройка жилища, посвящённого Сангхе четырёх сторон света – было бы с верующим умом принять прибежище в Будде, Дхамме, Сангхе.
Ещё более плодотворным… и чем принятие с верующим умом прибежища в Будде, Дхамме, Сангхе – было бы принятие пяти правил поведения: воздержания от уничтожения жизни, воздержания от взятия того, что не дано, воздержания от неблагого сексуального поведения, воздержания от лжи, воздержания от спиртных напитков, вина, одурманивающих веществ, что являются основой для беспечности.
Ещё более плодотворным… и чем принятие пяти правил поведения... – было бы развитие доброжелательности даже на [то краткое] время, за которое можно [лишь] дёрнуть корову за вымя.
Ещё более плодотворным, чем то великое подношение, которое сделал брахман Велама, и чем кормление одного человека, совершенного в воззрениях, и ста человек, совершенных в воззрениях, и одного однажды-возвращающегося и ста однажды-возвращающихся… …и развитие доброжелательности даже на [то краткое] время, за которое можно [лишь] дёрнуть корову за вымя – было бы развитие восприятия непостоянства даже на [то краткое] время, за которое можно [лишь] щёлкнуть пальцами»

Отредактировано Sunken (2020-02-18 23:33:23)

37

СН 20.5 Сатти сутта: Копьё

[Перевод с пали: Thanissaro bhikkhu, перевод с английского: Сергей Тюлин (SV)]

В Саваттхи. «Монахи, представьте себе копьё с острым лезвием, и проходящий мимо человек подумал бы: «Что если я своей рукой или кулаком погну это копьё с острым лезвием, согну вдвое и завяжу узлом». Как вы думаете? Сможет ли этот человек своей рукой или кулаком погнуть это копьё с острым лезвием, согнуть вдвое и завязать узлом?»

«Нет, Учитель. И почему? Потому что копьё с острым лезвием непросто погнуть, согнуть вдвое или завязать узлом. Этого человека ждала бы лишь досада и неприятности».

«Точно также, монахи, когда монах постоянно возделывал, развивал, удерживал, утверждал в качестве основы, делал непоколебимым и твёрдым освобождение ума доброжелательностью, то любое нечеловеческое существо, которое пожелало бы завладеть умом этого монаха, столкнулось бы лишь с досадой и неприятностями.

Поэтому вы должны тренировать себя так: «Мы будем постоянно возделывать, развивать, удерживать, утверждать в качестве основы, делать непоколебимым и твёрдым наше освобождение ума доброжелательностью». Вот так вы должны тренировать себя».

38

СН 36.2 Сукха сутта: Приятное

[Перевод с пали: bhikkhu Bodhi, перевод с английского: Сергей Тюлин (SV)]

[Благословенный сказал]: «Монахи, есть эти три чувства. Какие три? Приятное чувство, болезненное чувство, ни-приятное-ни-болезненное чувство. Таковы три чувства».
[И далее он добавил]:

«Мучительные и приятные,
А также и нейтральные,
И те что внешне, те что изнутри –
Какими б ни были все эти чувства,
Он знает: «Всё это страдание,
подверженное разрушению, распаду».
Коснувшись их, увидев их распад,
Теряет всякую он страсть к ним».

39

Отрывок из Калака сутта: Проповедь в Калаке
АН 4.24

Таким образом, монахи, Татхагата, буде он видит то, что должно быть зримо, не измышляет зримое. Он не измышляет незримое. Он не измышляет подлежащее видению. Он не измышляет зрящего.
Буде он слышит то, что должно быть слышимо, не измышляет слышимое. Он не измышляет неслышимое. Он не измышляет подлежащее слышанию. Он не измышляет слышащего
Буде он ощущает то, что должно быть ощутимо, не измышляет ощутимое. Он не измышляет неощутимое. Он не измышляет подлежащее ощущению. Он не измышляет ощущающего
Буде он познаёт то, что должно быть познано, он не измышляет познанное. Он не измышляет непознанное. Он не измышляет подлежащее познанию. Он не измышляет познающего.
Таким образом, монахи, Татхагата — будучи таким в отношении всех явлений, кои могут быть видимы, слышимы, ощущаемы и познаны, — является Таковостным. И говорю вам: нет кого-либо Такового выше либо возвышенней.

40

Эти слова сказаны Благословенным в конце каждой сутты 15-ой саньютты: "Вот так долго, монахи, вы переживали страдания, боль, несчастье и наполняли кладбища. Достаточно [долго] для того, чтобы ощутить разочарование [по отношению] ко всем формациям, достаточно для того, чтобы стать беспристрастными по отношению к ним, достаточно для того, чтобы освободиться от них".

СН 22.19 Сахету дуккха сутта

В Саваттхи. [Благословенный сказал]: «Монахи, форма страдательна. Причина, условие для происхождения формы – также страдательны. Поскольку форма возникла из того, что страдательно, как она может быть счастьем?

Чувство страдательно. Причина, условие для происхождения чувства – также страдательны. Поскольку чувство возникло из того, что страдательно, как оно может быть счастьем?

Восприятие страдательно. Причина, условие для происхождения восприятия – также страдательны. Поскольку восприятие возникло из того, что страдательно, как оно может быть счастьем?

Формации [ума] страдательны. Причина, условие для происхождения формаций [ума] – также страдательны. Поскольку формации [ума] возникли из того, что страдательно, как они могут быть счастьем?

Сознание страдательно. Причина, условие для происхождения сознания – также страдательны. Поскольку сознание возникло из того, что страдательно, как оно может быть счастьем?

Видя так, монахи, обученный ученик Благородных испытывает разочарование в форме, разочарование в чувстве, разочарование в восприятии, разочарование в формациях [ума], разочарование в сознании. Испытывая разочарование, он становится беспристрастным. Посредством беспристрастия [его ум] освобождается. Когда он освободился, то возникает знание: «Он освобождён». Он понимает: «Рождение уничтожено, святая жизнь прожита, сделано то, что следовало сделать, не будет более возвращения в какое-либо состояние существования».

СН 35.1 Адджхаттаничча сутта

Так я слышал. Однажды Благословенный пребывал в Саваттхи в роще Джеты в монастыре Анатхапиндики. Там Благословенный обратился к монахам так: «Монахи!»

«Учитель!» – отвечали те монахи.

Благословенный сказал: «Монахи, глаз непостоянен. То, что непостоянно, является страданием. То, что является страданием, то безличностно. Безличностное следует видеть в соответствии с действительностью правильной мудростью так: «Это не моё, я не таков, это не моё «я».

Ухо непостоянно. То, что непостоянно, является страданием. То, что является страданием, то безличностно. Безличностное следует видеть в соответствии с действительностью правильной мудростью так: «Это не моё, я не таков, это не моё «я».

Нос непостоянен. То, что непостоянно, является страданием. То, что является страданием, то безличностно. Безличностное следует видеть в соответствии с действительностью правильной мудростью так: «Это не моё, я не таков, это не моё «я».

Язык непостоянен. То, что непостоянно, является страданием. То, что является страданием, то безличностно. Безличностное следует видеть в соответствии с действительностью правильной мудростью так: «Это не моё, я не таков, это не моё «я».

Тело непостоянно. То, что непостоянно, является страданием. То, что является страданием, то безличностно. Безличностное следует видеть в соответствии с действительностью правильной мудростью так: «Это не моё, я не таков, это не моё «я».

Ум непостоянен. То, что непостоянно, является страданием. То, что является страданием, то безличностно. Безличностное следует видеть в соответствии с действительностью правильной мудростью так: «Это не моё, я не таков, это не моё «я».

Видя так, монахи, обученный ученик Благородных испытывает разочарование [по отношению] к глазу, разочарование [по отношению] к уху, разочарование [по отношению] к носу, разочарование [по отношению] к языку, разочарование [по отношению] к телу, разочарование [по отношению] к уму. Испытывая разочарование, он становится беспристрастным. Через беспристрастие [его ум] освобождается. Когда он освобождён, приходит знание: «Он освобождён». Он понимает: «Рождение уничтожено, святая жизнь прожита, сделано то, что следовало сделать, не будет более возвращения в какое-либо состояние существования».

СН 12.15 Каччаянаготта сутта

В Саваттхи. Достопочтенный Каччаянаготта подошёл к Благословенному и, по прибытии, поклонившись ему, сел рядом. Затем он обратился к Благословенному: «Господин – «правильные воззрения, правильные воззрения» – так говорят. В каком смысле [говорится, что это] правильные воззрения?»

«В целом, Каччаяна, этот мир зиждется на противоположных [воззрениях] о существовании и несуществовании. Когда человек видит возникновение мира в соответствии с действительностью правильной мудростью, то [идеи] «несуществование» по отношению к миру у него не возникает. Когда он видит прекращение мира в соответствии с действительностью правильной мудростью, [идеи] «существование» по отношению к миру у него не возникает.

В целом, Каччаяна, этот мир находится в рабстве привязанностей, цепляний и склонностей. Но такой [человек с правильными воззрениями] не вовлекается и не цепляется к этим привязанностям, к цепляниям, к завязкам ума, к [его] склонностям или одержимостям. Также он не утверждает, что «это – я». У него нет неуверенности и сомнений, что только [лишь] страдание, возникая, возникает. Что только [лишь] страдание, угасая, угасает. И в этом своём знании он независим от других. Вот до какой степени [говорится], что это правильные воззрения.

«Всё существует» – это одна крайность. «Всё не существует» – это другая крайность. Избегая этих крайностей, Татхагата учит Дхамме срединным способом: «Из невежества как необходимого условия возникают волевые формирователи. Из волевых формирователей как необходимого условия возникает сознание. Из сознания как необходимого условия возникает имя-и-форма. Из имени-и-формы как необходимого условия возникают шесть сфер чувств. Из шести сфер чувств в качестве необходимого условия возникает контакт. Из контакта в качестве необходимого условия возникает чувство. Из чувства в качестве необходимого условия возникает жажда. Из жажды в качестве необходимого условия возникает цепляние. Из цепляния в качестве необходимого условия возникает приход к становлению. Из прихода к становлению в качестве необходимого условия возникает рождение. Из рождения в качестве необходимого условия возникают старение и смерть, печаль, стенания, боль, горе и отчаяние. Таково происхождение всей этой груды горя и страдания.

Теперь, при безостаточном угасании и прекращении этого самого невежества происходит прекращение волевых формирователей. С прекращением волевых формирователей происходит прекращение сознания. С прекращением сознания происходит прекращение имени-и-формы. С прекращением имени-и-формы происходит прекращение шести сфер чувств. С прекращением шести сфер чувств происходит прекращение контакта. С прекращением контакта происходит прекращение чувства. С прекращением чувства происходит прекращение жажды. С прекращением жажды происходит прекращение цепляния. С прекращением цепляния происходит прекращение прихода к становлению. С прекращением прихода к становлению происходит прекращение рождения. С прекращением рождения прекращаются старение и смерть, печаль, стенания, боль, горе и отчаяние. Таково прекращение всей этой груды горя и страдания».

[Перевод с пали: bhikkhu Bodhi, перевод с английского: Сергей Тюлин (SV)]


Вы здесь » Буддизм тхеравады » Палийский Канон » Самые вдохновляющие сутты/отрывки из сутт.