Буддизм тхеравады

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Буддизм тхеравады » Палийский Канон » Самые вдохновляющие сутты/отрывки из сутт.


Самые вдохновляющие сутты/отрывки из сутт.

Сообщений 21 страница 30 из 30

21

Прекрасная сутта, где Будда сначала говорит о восьми вещах, которые несут большую опасность, и которые необходимо отбросить в первую очередь. Затем приводит красочные метафоры об изъянах, неудовлетворительности и опасности чувственных удовольствий, показывая их истинную природу. А затем рассказывает о вершине Пути - трех высших знаниях (тевиджа).

МН 54 Поталия сутта: К Поталии

22

Монолитная сутта, раскрывающая принцип не-цепляния в различных приближениях.

Кхаджания сутта: Поражён. СН 22.79

23

http://www.theravada.ru/Teaching/Canon/ … tta-sv.htm


Дутия мигаджала сутта: Мигаджала (II)
СН 35.64

И тогда Достопочтенный Мигаджала подошёл к Благословенному, поклонился ему, сел рядом и сказал:

«Учитель, было бы хорошо, если бы Благословенный вкратце научил бы меня Дхамме так, чтобы я пребывал бы один, в уединении, будучи прилежным, старательным, решительным».

«Мигаджала, существуют формы, познаваемые глазом – милые, приятные, чарующие, привлекательные, воспаляющие желание, соблазнительные. Если монах ищет наслаждения в них, приветствует их, продолжает удерживать их, то возникает наслаждение. С возникновением наслаждения, Мигаджала, я говорю тебе, происходит возникновение страдания.

Мигаджала, существуют звуки…
Мигаджала, существуют запахи…
Мигаджала, существуют вкусы…
Мигаджала, существуют тактильные ощущения…

Мигаджала, существуют ментальные феномены, познаваемые умом – милые, приятные, чарующие, привлекательные, воспаляющие желание, соблазнительные. Если монах ищет наслаждения в них, приветствует их, продолжает удерживать их, то возникает наслаждение. С возникновением наслаждения, Мигаджала, я говорю тебе, происходит возникновение страдания.

Мигаджала, существуют формы… звуки… запахи… вкусы… тактильные ощущения… ментальные феномены, познаваемые умом – милые, приятные, чарующие, привлекательные, воспаляющие желание, соблазнительные. Если монах не ищет наслаждения в них, не приветствует их, не продолжает удерживать их, то наслаждение угасает. С угасанием наслаждения, Мигаджала, я говорю тебе, происходит угасание страдания.

И тогда Достопочтенный Мигаджала, восхитившись и возрадовавшись словам Благословенного, поднялся со своего сиденья и, поклонившись Благословенному, ушёл, обойдя его с правой стороны. И затем, пребывая в уединении прилежным, старательным, решительным, Достопочтенный Мигаджала, реализовав это для себя посредством прямого знания, здесь и сейчас вошёл и пребывал в высочайшей цели святой жизни, ради которой представители клана праведно оставляют жизнь домохозяина и ведут жизнь бездомную. Он напрямую познал: «Рождение уничтожено, святая жизнь прожита, сделано то, что следовало сделать, не будет более возвращения в какое-либо состояние существования». Так Достопочтенный Мигаджала стал одним из арахантов.

Отредактировано Sunken (2019-11-12 21:28:46)

24

АН 3.76 Патхама бхава сутта: Существование (I)

[Перевод с пали: bhikkhu Bodhi, перевод с английского: Сергей Тюлин (SV)]

И тогда Достопочтенный Ананда подошёл к Благословенному, поклонился ему, сел рядом, и сказал ему: «Учитель, «существование, существование» – так говорят. В каком смысле, Учитель, говорится о существовании?»

«Если бы, Ананда, не было бы каммы, созревающей в Мире Чувств, то разве можно было бы распознать существование в Мире Чувств?»

«Нет, Учитель».

«Поэтому, Ананда, у существ, скованных невежеством и опутанных жаждой, камма является полем, сознание – семенем, а жажда – влагой для того, чтобы сознание утвердилось в нижнем мире [из трёх миров]. Вот каким образом происходит продуцирование нового существования в будущем.

Если бы, Ананда, не было бы каммы, созревающей в Мире Форм, то разве можно было бы распознать существование в Мире Форм?»

«Нет, Учитель».

«Поэтому, Ананда, у существ, скованных невежеством и опутанных жаждой, камма является полем, сознание – семенем, а жажда – влагой для того, чтобы сознание утвердилось в среднем мире [из трёх миров]. Вот каким образом происходит продуцирование нового существования в будущем.

Если бы, Ананда, не было бы каммы, созревающей в Мире Без Форм, то разве можно было бы распознать существование в Мире Без Форм?»

«Нет, Учитель».

«Поэтому, Ананда, у существ, скованных невежеством и опутанных жаждой, камма является полем, сознание – семенем, а жажда – влагой для того, чтобы сознание утвердилось в высшем мире [из трёх миров]. Вот каким образом происходит продуцирование нового существования в будущем.

Вот каким образом, Ананда, имеет место существование».

25

Удана 4.1 Мегхия сутта: Высказывание о Мегхии

[Перевод с пали: Anandajoti bhikkhu, перевод с английского: Antaradhana]

Так я слышал. Однажды Благословенный пребывал вблизи Чалики на горе Чалика. В то время Достопочтенный Мегхия жил рядом с Благословенным, прислуживая ему. Утром Достопочтенный Мегхия подошел к Благословенному, поклонился и сказал: «Достопочтенный, я отправлюсь в Джантугаму за подаяниями».
 
«Сейчас подходящее время, Мегхия».

И тогда, взяв свою чашу и верхнее одеяние, он отправился в Джантугаму за подаянием. Собрав подаяние в Джантугаме, после трапезы, он отправился к реке Кимикала, и проходя по ее берегу, он увидел приятную и восхитительную манговую рощу. Увидев эту рощу, он подумал: «Какая приятная и восхитительная манговая роща. Сыну из хорошей семьи, устремленному [к Пробуждению], этого безусловно достаточно для старания. Если бы Благословенный позволил мне, я мог бы прийти в эту манговую рощу для старания».

Затем Достопочтенный Мегхия вернулся к Благословенному. Поклонившись и сев напротив, он сказал: «Достопочтенный, утром, взяв свою чашу и верхнее одеяние, я отправился в Джантугаму за подаянием. Собрав подаяние в Джантугаме, после трапезы, я отправился к реке Кимикала и идя по ее берегу, увидел приятную и восхитительную манговую рощу. Увидев эту рощу, я подумал: «Какая приятная и восхитительная манговая роща. Сыну из хорошей семьи, устремленному [к Пробуждению], этого безусловно достаточно для старания. Если бы Благословенный позволил мне, я мог бы прийти в эту манговую рощу для старания». Если бы Достопочтенный позволил мне, то я мог бы отправиться в эту манговую рощу для старания».

Когда так было сказано, Благословенный сказал Достопочтенному Мегхии: «Ты должен прислуживать мне, пока я нахожусь в одиночестве, Мегхия, до тех пор, пока не прибудет какой-нибудь другой монах».

Во второй раз Достопочтенный Мегхия сказал Благословенному: «Благословенному больше нечего осуществлять. К тому, что было сделано – нечего добавить. Но для меня, Достопочтенный, есть что осуществлять. Есть, что добавить к тому – что было сделано. Если бы Достопочтенный позволил мне, то я мог бы отправиться в эту манговую рощу для старания».

Во второй раз Благословенный сказал Достопочтенному Мегхии: «Ты должен прислуживать мне, пока я нахожусь в одиночестве, Мегхия, до тех пор, пока не прибудет какой-нибудь другой монах».

И в третий раз Достопочтенный Мегхия сказал Благословенному: «Благословенному больше нечего осуществлять. К тому, что было сделано – нечего добавить. Но для меня, Достопочтенный, есть что осуществлять. Есть, что добавить к тому – что было сделано. Если бы Достопочтенный позволил мне, то я мог бы отправиться в эту манговую рощу для старания».

«Ты много говоришь о старании, Мегхия. Что мы можем сказать? Делай, что задумал, Мегхия».

И тогда Достопочтенный Мегхия, поднявшись со своего места, поклонившись и обойдя Благословенного, отправился в ту манговую рощу. Войдя в ту манговую рощу, он сел у подножия дерева, чтобы пребывать так целыми днями.

Тогда Достопочтенного Мегхию, живущего в той манговой роще, стали одолевать три вида плохих, неблагих мыслей: мысли о чувственных удовольствиях, недоброжелательные мысли и мысли о причинения вреда.

И тогда Достопочтенный Мегхия подумал: «Это поразительно, это удивительно, что я, ради веры оставивший свой дом, для жизни бездомной, теперь оказался пойманным в ловушку этими тремя видами плохих, неблагих мыслей: мыслями о чувственных удовольствиях, недоброжелательными мыслями и мыслями о причинении вреда».

Затем Достопочтенный Мегхия, прервав свое затворничество, в вечернее время отправился к Благословенному. Поклонившись и сев напротив, он сказал: «Достопочтенный, когда я жил в той манговой роще, три вида плохих, неблагих мыслей стали одолевать меня: мысли о чувственных удовольствиях, недоброжелательные мысли и мысли о причинения вреда. И тогда, я подумал: «Это поразительно, это удивительно, что я, ради веры оставивший свой дом, для жизни бездомной, теперь оказался пойманным в ловушку этими тремя видами плохих, неблагих мыслей: мыслями о чувственных удовольствиях, недоброжелательными мыслями и мыслями о причинении вреда»».
 
«Для того, чье освобождение ума еще не полностью созрело, Мегхия, есть пять вещей, которые приводят к зрелости. Какие пять?

Вот, Мегхия, у монаха есть хороший друг, хороший компаньон, хороший товарищ. Для того, чье освобождение ума еще не полностью созрело, Мегхия, это первое, что приводит к зрелости.
 
Кроме того, Мегхия, монах нравственен, он живет сдержанно, обуздывая себя Патимоккхой, он наделен надлежащим поведением и образом жизни, видя опасность в малейших нарушениях, он тренируется, соблюдая правила, которые он принял. Для того, чье освобождение ума еще не полностью созрело, Мегхия, это второе, что приводит к зрелости.
 
Кроме того, Мегхия, монах говорит о полном отречении, что необходимо для совершенствования ума, что приводит к абсолютному разочарованию, бесстрастию, прекращению, умиротворению, глубокому знанию, полному пробуждению и освобождению, например: говорит о [довольствовании] малым, говорит об удовлетворении [монашеской жизнью], говорит о полном уединении, говорит об отшельничестве, говорит об усердии, говорит о нравственности, говорит о созерцании, говорит о мудрости, говорит об освобождении, говорит о знании и видении освобождения. Лишь к таким беседам он стремится, лишь такие беседы желает вести, лишь такие беседы он поддерживает. Для того, чье освобождение ума еще не полностью созрело, Мегхия, это третье, что приводит к зрелости.
 
Кроме того, Мегхия, монах обладает усердием, направленным на отказ от неблагих умственных состояний, и развитие благих умственных состояний; непоколебимым, твердым, неутомимым усердием, в отношении развития благих умственных состояний. Для того, чье освобождение ума еще не полностью созрело, Мегхия, это четвертое, что приводит к зрелости.
 
Кроме того, Мегхия, монах мудр, он наделен мудростью, которая приводит к видению появления и исчезновения , к благородному знанию, что приводит к полному уничтожению страданий. Для того, чье освобождение ума еще не полностью созрело, Мегхия, это пятое, что приводит к зрелости.
 
Для того, чье освобождение ума еще не полностью созрело, Мегхия, эти пять вещей приводят к зрелости.
 
Мегхия, когда у монаха есть хороший друг, хороший компаньон, хороший товарищ, то можно ожидать, что он будет нравственным, что он будет жить сдержанно, обуздывая себя Патимоккхой, что он будет наделен надлежащим поведением и образом жизни, и видя опасность в малейших нарушениях, он будет тренироваться, соблюдая правила, которые принял.
 
Когда у монаха есть хороший друг, хороший компаньон, хороший товарищ, то можно ожидать, что он будет говорить о полном отречении, что необходимо для совершенствования ума, что приводит к абсолютному разочарованию, бесстрастию, прекращению, умиротворению, глубокому знанию, полному пробуждению и освобождению, например: говорить о [довольствовании] малым, говорить об удовлетворении [монашеской жизнью], говорить о полном уединении, говорить об отшельничестве, говорить об усердии, говорить о нравственности, говорить о созерцании, говорить о мудрости, говорить об освобождении, говорить о знании и видении освобождения. Можно ожидать, что лишь к таким беседам он будет стремиться, лишь такие беседы будет желать вести, лишь такие беседы он будет поддерживать.

Когда у монаха есть хороший друг, хороший компаньон, хороший товарищ, то можно ожидать, что он будет обладать усердием, направленным на отказ от неблагих умственных состояний, и развитие благих умственных состояний; непоколебимым, твердым, неутомимым усердием, в отношении развития благих умственных состояний.

Когда у монаха есть хороший друг, хороший компаньон, хороший товарищ, то можно ожидать, что он будет мудрым, что он будет наделен мудростью, которая приводит к видению появления и исчезновения, к благородному знанию, что приводит к полному уничтожению страданий.

Когда, Мегхия, монах утвердился в этих пяти вещах, еще четыре вещи должны быть развиты:

медитация созерцания непривлекательного должна быть развита, для отказа от страсти;
медитация развития доброты должна быть развита, для пресечения недоброжелательности;
внимательность к дыханию должна быть развита, для отсечения [неумелых] мыслей;
восприятие непостоянства должно быть развито, для полного выкорчевывания самомнения «я есть».

У того, кто имеет восприятие непостоянства, Мегхия, восприятие безличности установлено.  Тот, кто воспринимает безличность, достигнув полного выкорчевывания самомнение «я есть», в этой самой жизни достигает освобождения».
 
И тогда, осознав значимость этого, Благословенный произнёс это вдохновенное высказывание:

«Есть низкие и хорошие мысли,
Случайные мысли всплывают в уме,
Не разобравшись с этими мыслями,
Неустойчивый ум бегает туда-сюда.

У того, кто разобрался с этими мыслями,
Кто усерден, внимателен, сдерживает их,
Случайные мысли не всплывают в уме,
Пробужденный полностью оставил их».

26

Анатта лаккхана сутта

После того как первые пять монахов услышали эту короткую сутту, они стали Арахантами.

27

АН 8.6 Дутия локадхамма сутта: Мирские ситуации (II)

[Перевод с пали: bhikkhu Bodhi, перевод с английского: Сергей Тюлин (SV)]

[Благословенный сказал]: «Монахи, эти восемь мирских ситуаций вращаются вокруг мира, и мир вращается вокруг этих восьми мирских ситуаций. Какие восемь?

* обретение и утрата,
* слава и плохая репутация,
* похвала и порицание,
* удовольствие и боль.

Эти восемь мирских ситуаций вращаются вокруг мира, и мир вращается вокруг этих восьми мирских ситуаций.

Монахи, необученный заурядный человек встречает обретение и утрату, славу и плохую репутацию, похвалу и порицание, удовольствие и боль. Обученный ученик Благородных также встречает обретение и утрату, славу и плохую репутацию, похвалу и порицание, удовольствие и боль. Так в чём же разница, в чём несоответствие, в чём отличие между обученным учеником Благородных и необученным заурядным человеком в этом отношении?»

«Учитель, наши учения укоренены в Благословенном, направляемы Благословенным, находят пристанище в Благословенном. Было бы хорошо, если бы Благословенный [сам] прояснил значение этого утверждения. Услышав это из его уст, монахи запомнят это».

«Тогда слушайте внимательно, монахи. Я буду говорить».

«Да, Учитель» – ответили монахи.

Благословенный сказал:

(1) «Монахи, когда необученный заурядный человек встречается с обретением, он не рассуждает так: «Это обретение, с которым я встретился – непостоянно, страдательно, подвержено изменению». Он не понимает в соответствии с действительностью. (2) Когда он встречается с утратой, он не рассуждает так: «Эта утрата, с которой я встретился – непостоянна, страдательна, подвержена изменению». Он не понимает в соответствии с действительностью. (3) Когда он встречается со славой… (4) плохой репутацией… (5) похвалой… (6) порицанием… (7) удовольствием… (8) болью, он не рассуждает так: «Эта боль, с которой я встретился – непостоянна, страдательна, подвержена изменению». Он не понимает в соответствии с действительностью.

Обретение завладевает его умом, и утрата завладевает его умом. Слава… плохая репутация… похвала… порицание… удовольствие… и боль завладевает его умом. Он увлекаем обретением и отвращаем утратой. Он увлекаем славой и отвращаем плохой репутацией. Он увлекаем похвалой и отвращаем порицанием. Он увлекаем удовольствием и отвращаем болью. Так, будучи вовлечённым в увлечение и отвращение, он не свободен от рождения, от старости и смерти, от печали, стенания, боли, уныния и отчаяния. Он не свободен от страданий, я говорю вам.

Но, монахи, когда обученный ученик Благородных встречается с обретением, он рассуждает так: «Это обретение, с которым я встретился – непостоянно, страдательно, подвержено изменению». Он понимает в соответствии с действительностью. Когда он встречается с утратой, он рассуждает так: «Эта утрата, с которой я встретился – непостоянна, страдательна, подвержена изменению». Он понимает в соответствии с действительностью. Когда он встречается со славой… плохой репутацией… похвалой… порицанием… удовольствием… болью, он рассуждает так: «Эта боль, с которой я встретился – непостоянна, страдательна, подвержена изменению». Он понимает в соответствии с действительностью.

Обретение не завладевает его умом, и утрата не завладевает его умом. Слава… плохая репутация… похвала… порицание… удовольствие… боль не завладевает его умом. Он не увлекаем обретением и не отвращаем утратой. Он не увлекаем славой и не отвращаем плохой репутацией. Он не увлекаем похвалой и не отвращаем порицанием. Он не увлекаем удовольствием и не отвращаем болью. Так, отбросив увлечение и отвращение, он свободен от рождения, от старости и смерти, от печали, стенания, боли, уныния и отчаяния. Он свободен от страданий, я говорю вам.

Такова, монахи, разница, несоответствие, отличие между обученным учеником Благородных и необученным заурядным человеком».

[И далее он добавил]:

«Утрата, обретение; дурная репутация и слава,
И похвала, и порицание, и удовольствие и боль:
Встречают люди эти ситуации [мирские] –
Непостоянные, текучие, которые не могут перемены избежать.

Но человек, что мудр и осознан, всех их знает,
И видит: перемены в них не избежать.
Желанные условия его не будоражат,
А к неприятным не имеет отвращения он.

Влечение, отвращение он смог рассеять,
Они ушли и в нём их больше нет.
Познав то состояние без пыли, без печали,
Он понимает правильно, существование преодолев».

28

http://www.theravada.ru/Teaching/Canon/ … tta-sv.htm


Сатта сурия сутта: Семь солнц
АН 7.66

Однажды Благословенный пребывал в Весали в роще Амбапали. Там Благословенный обратился к монахам: «Монахи!»
«Учитель!» – отвечали те монахи. Благословенный сказал:
«Монахи, обусловленные явления непостоянны. Обусловленные явления неустойчивы. Обусловленные явления ненадёжны. Этого достаточно для того, чтобы разочароваться во всех обусловленных явлениях, достаточно, чтобы стать бесстрастными по отношению к ним, достаточно, чтобы освободиться от них.
Монахи, Синеру, царь всех гор, восемьдесят четыре тысячи йоджан в длину, восемьдесят четыре тысячи йоджан в ширину. [Эта гора] погружена на восемьдесят четыре тысячи йоджан в великий океан, и возвышается на восемьдесят четыре тысячи йоджан над океаном.
(1) Монахи, приходит время, когда не выпадает дождя в течение многих лет, в течение многих сотен лет, в течение многих тысяч лет, в течение многих сотен тысяч лет. Когда дождя не выпадает, растительная жизнь и зелень, целебные растения, травы и огромные лесные деревья высыхают и перестают существовать. Настолько непостоянны все обусловленные явления, настолько неустойчивы, настолько ненадёжны. Этого достаточно для того, чтобы разочароваться во всех обусловленных явлениях, достаточно, чтобы стать бесстрастными по отношению к ним, достаточно, чтобы освободиться от них.
(2) Через длительный период приходит время, когда появляется второе солнце. С появлением второго солнца небольшие реки и озёра высыхают и испаряются, и перестают существовать. Настолько непостоянны все обусловленные явления... чтобы освободиться от них.
(3) Через длительный период приходит время, когда появляется третье солнце. С появлением третьего солнца великие реки – Ганг, Ямуна, Чиравати, Сарабху, и Махи – высыхают и испаряются, и перестают существовать. Настолько непостоянны все обусловленные явления... чтобы освободиться от них.
(4) Через длительный период приходит время, когда появляется четвёртое солнце. С появлением четвёртого солнца великие озёра, из которых берут начало эти великие реки – Анотатта, Сихапапата, Ратхакара, Каннамунда, Кунала, Чхадданта, и Мандакини – высыхают и испаряются, и перестают существовать. Настолько непостоянны все обусловленные явления... чтобы освободиться от них.
(5) Через длительный период приходит время, когда появляется пятое солнце. С появлением пятого солнца вода в великом океане убывает на сто йоджан... двести... триста... четыреста... пятьсот... шестьсот... семьсот йоджан. Вода, оставшаяся в великом океане, доходит до глубины в семь пальм... шесть... пять... четыре... три... две... всего лишь [одну] пальму. Вода, оставшаяся в великом океане, доходит до глубины в семь саженей... шесть... пять... четыре... три... два... [один] сажень... полсаженя... до глубины до талии... до колен... до лодыжек.
Подобно тому, как осенью, когда мощные капли дождя падают с неба, и вода стоит тут и там в отпечатках копыт рогатого скота, то точно также, вода, оставшаяся в великом океане, будет стоять тут и там [в выемках] размером с отпечаток копыт рогатого скота. С появлением пятого солнца воды, оставшейся в великом океане, не хватает даже чтобы достичь суставов пальцев. Настолько непостоянны все обусловленные явления... чтобы освободиться от них.
(6) Через длительный период приходит время, когда появляется шестое солнце. С появлением шестого солнца эта великая земля и [гора] Синеру, царь всех гор, дымится, испускает дым, тлеет. Подобно тому, как разводимый гончаром огонь вначале дымится, испускает дым, тлеет, то точно также, c появлением шестого солнца эта великая земля и [гора] Синеру, царь всех гор, дымится, испускает дым, тлеет. Настолько непостоянны все обусловленные явления... чтобы освободиться от них.
(7) Через длительный период приходит время, когда появляется седьмое солнце. С появлением седьмого солнца эта великая земля и Синеру, царь всех гор, вспыхивает пламенем, ярко полыхает, становится единой грудой пламени. По мере того как великая земля и Синеру, царь всех гор, горят и полыхают, пламя, подхватываемое ветром, достигает даже мира брахм. По мере того как Синеру горит и полыхает, по мере того, как она разрушается, одолеваемая огромной жарой, горные вершины в сто йоджан распадаются; горные вершины в двести... триста... четыреста... пятьсот йоджан распадаются.
Когда эта великая земля и Синеру, царь всех гор, горят и полыхают, то не видно ни пепла, ни копоти. Подобно тому, как топлёное масло или [простое] масло горит и полыхает, то не видно ни пепла, ни копоти, то точно также, когда эта великая земля и Синеру, царь всех гор, горят и полыхают, то не видно ни пепла, ни копоти. Настолько непостоянны все обусловленные явления, настолько неустойчивы, настолько ненадёжны. Этого достаточно для того, чтобы разочароваться во всех обусловленных явлениях, достаточно, чтобы стать бесстрастными по отношению к ним, достаточно, чтобы освободиться от них.
Монахи, кто ещё, кроме тех, кто увидел истину, подумал бы или поверил: «Эта великая земля и Синеру, царь всех гор, сгорит, будет разрушена и перестанет существовать?»

В прошлом, монахи, был учитель по имени Сунетта, основатель религиозного движения без жажды к чувственным удовольствиям. У учителя Сунетты было много сотен учеников, которых он учил Дхамме ради достижения мира брахм. Когда он учил, те, кто полностью поняли его учение, после распада тела, после смерти, перерождались в благом уделе, в мире брахм. Но те, кто не полностью поняли его учение, перерождались среди дэвов, управляющих творениями других; иные – среди дэвов, наслаждающихся творениями; иные – среди дэвов Туситы; иные – среди дэвов Ямы; иные – среди дэвов Таватимсы; иные – дэвов, управляемых Четырьмя Великими [божественными] Царями. Некоторые переродились среди зажиточных кхаттиев; некоторые – среди зажиточных брахманов; некоторые – среди зажиточных домохозяев.
И тогда, монахи, мысль пришла к учителю Сунетте: «Не подобает мне иметь тот же самый будущий удел, что и у моих учеников. Что если я буду развивать доброжелательность ещё больше?»
И тогда учитель Сунетта семь лет развивал доброжелательный ум. В результате в течение семи циклов распада мира и развёртывания мира он не возвращался обратно в этот мир [из мира Брахмы]. Когда мир распадался, он направлялся в [мир дэвов] лучезарного сияния. Когда мир развёртывался, он перерождался в пустом дворце Брахмы. Там он был Брахмой, Великим Брахмой, Победителем, Непобеждённым, Вселенским Провидцем, Владыкой. Тридцать шесть раз он был Саккой, царём дэвов. Много сотен раз он был царём-миродержцем, праведным царём, который правит Дхаммой, покорителем, чьё правление простирается до четырёх границ, тем, кто добился стабильности в своей стране, кто обладает семью сокровищами. У него было более тысячи сыновей-героев, могучих, способных сокрушить армии их врагов. Он правил, покорив эту землю, ограниченную океаном, и не силой и оружием, но Дхаммой.
Монахи, хотя у него был такой огромный срок жизни, продолжавшейся такое долгое время, [всё же] учитель Сунетта не был свободен от рождения, старости, смерти, печали, стенания, боли, уныния и отчаяния. Он не был свободен от страданий, я говорю вам. И почему? Потому что не понял и не постиг четырёх вещей. Каких четырёх?

* благородного нравственного поведения,
* благородного сосредоточения,
* благородной мудрости,
* благородного освобождения.

[Теперь же] благородное нравственное поведение, монахи, было понятно и постигнуто. Благородное сосредоточение было понятно и постигнуто. Благородная мудрость была понята и постигнута. Благородное освобождение было понятно и постигнуто. Жажда к существованию была отрезана. Проводник к существованию был уничтожен. Не будет более нового существования». [И далее он добавил]:

«Нравственность, сосредоточение, и мудрость,
Как и непревзойдённое освобождение:
Все эти вещи смог понять славный Готама
Своею собственною силой.


И когда понял напрямую он всё это,
Сей Дхамме Будда научил монахов –
Учитель, Тот, Кто положил конец страданиям,
Кто Обладает Видением, достиг ниббаны»
.

Отредактировано Sunken (2019-11-20 01:17:23)

29

http://www.theravada.ru/Teaching/Canon/ … tta-sv.htm


[Благословенный сказал]: «Монахи, я лично познал две вещи: (1) отсутствие удовлетворённости в отношении благих качеств и (2) неутомимость в старании. Я неутомимо старался, [решив]: «Пусть останутся только кожа, сухожилия и кости, пусть высохнет плоть и кровь в моём теле, но я не позволю своему усердию ослабнуть, пока не достигну того, что может быть достигнуто человеческой силой, старанием, рвением». Именно за счёт прилежания я достиг просветления, монахи. Именно за счёт прилежания я достиг непревзойдённой защиты от подневольности.
Если бы, монахи, вы бы тоже старались, [решив]: «Пусть останутся только кожа… человеческой силой, старанием, рвением» – то вы бы тоже вскоре реализовали для себя самостоятельно в этой самой жизни прямым знанием это непревзойдённое достижение святой жизни, ради которого представители клана праведно оставляют жизнь домохозяйскую ради бездомной. И, войдя в это [состояние], вы будете пребывать в нём.
Поэтому, монахи, вот как вы должны тренировать себя: «Мы будем неутомимо стараться, [решив]: «Пусть останутся только кожа… человеческой силой, старанием, рвением». Вот как вы должны тренировать себя».

Отредактировано Sunken (2019-11-26 14:16:22)

30

АН 3.118 Апаннака сутта: Игра в кости

[Перевод с пали: bhikkhu Bodhi, перевод с английского: Сергей Тюлин (SV)]

[Благословенный сказал]: «Монахи, есть эти три неудачи. Какие три?

* неудача в нравственном поведении,
* неудача в уме,
* неудача в воззрении.

(1) И что такое неудача в нравственном поведении? Вот некий человек уничтожает жизнь, берёт то, что не дано, пускается в неблагое сексуальное поведение, лжёт, своими речами сеет распри, грубит, пускается в пустую болтовню. Это называется неудачей в нравственном поведении.

(2) И что такое неудача в уме? Вот некий человек полон жажды и имеет недоброжелательный ум. Это называется неудачей в уме.

(3) И что такое неудача в воззрении? Вот некий человек придерживается неправильного воззрения и имеет неправильную точку зрения: «Нет ничего, что дано; нет ничего, что предложено; нет ничего, что пожертвовано. Нет плода или результата хороших или плохих поступков. Нет этого мира, нет следующего мира; нет отца, нет матери, нет спонтанно рождающихся существ. Нет жрецов и отшельников, которые посредством правильной жизни и правильной практики [истинно] провозглашали бы, что познали и засвидетельствовали самостоятельно этот мир и следующий». Это называется неудачей в воззрении.

Подобно брошенным кубикам из игры в кости, которые прочно будут стоять там, куда упадут, точно также, из-за неудачи в нравственном поведении, из-за неудачи в уме, из-за неудачи в воззрении, с распадом тела, после смерти, существа перерождаются в состоянии лишений, в плохом уделе, в нижних мирах, в аду. Таковы, монахи, три неудачи.

Монахи, есть эти три совершенства. Какие три?

* совершенство в нравственном поведении,
* совершенство в уме,
* совершенство в воззрении.

И что такое совершенство в нравственном поведении? Вот некий человек воздерживается от уничтожения жизни, воздерживается от взятия того, что не дано, воздерживается от неблагого сексуального поведения, воздерживается от лжи, воздерживается от речи, сеящей распри, воздерживается от грубой речи, воздерживается от пустой болтовни. Это называется совершенством в нравственном поведении.

И что такое совершенство в уме? Вот некий человек не имеет жажды и имеет ум, свободный от недоброжелательности. Это называется совершенством в уме.

И что такое совершенство в воззрении? Вот некий человек придерживается правильного воззрения и имеет правильную точку зрения: «Есть то, что дано; есть то, что предложено; есть то, что пожертвовано. Есть плод и результат хороших или плохих поступков. Есть этот мир, есть следующий мир; есть отец, есть мать, есть спонтанно рождающиеся существа. Есть жрецы и отшельники, которые посредством правильной жизни и правильной практики [истинно] провозглашают, что познали и засвидетельствовали самостоятельно этот мир и следующий». Это называется совершенством в воззрении.

Подобно брошенным кубикам из игры в кости, которые прочно будут стоять там, куда упадут, точно также, из-за совершенства в нравственном поведении, из-за совершенства в уме, из-за совершенства в воззрении, с распадом тела, после смерти, существа перерождаются в благом уделе, в небесном мире. Таковы, монахи, три совершенства».


Вы здесь » Буддизм тхеравады » Палийский Канон » Самые вдохновляющие сутты/отрывки из сутт.